Философские рассуждения - Страница 10 - Форум
Добро пожаловать!!!
Философские рассуждения - Страница 10 - Форум
Translate

Меню сайта

Мини профиль
  


Новые сообщения

счетчик






Друзья сайта

Мини-чат

Прогноз погоды

Приветствую Вас, Гость · RSS 06.12.2016, 13:10

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 10 из 10«128910
Модератор форума: светик, Mari 
Форум » Флудилка » Общаемся на разные темы » Философские рассуждения ((Теория познания - это просто, отделяя демагогию и клевету))
Философские рассуждения
kkamlivДата: Вторник, 11.10.2016, 16:15 | Сообщение # 91
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
Глава 28. Ленин против Струве

В книге «Святое семейство» Карл Маркс и Фридрих Энгельс высказали убежденность в том, что в природе нет материального объекта, точно соответствующего классу понятий «плод вообще». В книге «Диалектика природы» Энгельс не согласился с наличием в природе материальных объектов, соответствующих классу понятий «квадратный корень из минус единицы» и классу понятий «четвертое пространственное измерение».
«Против материализма вообще, и против склонности к материализму большинства естествоиспытателей в особенности, Леклер ведет такую же беспощадную борьбу, как и Шуппе, и Шуберт-Зольдерн, и Ремке. «Вернемся назад, — говорит Леклер, — к точке зрения критического идеализма, не будем приписывать природе в целом и процессам природы трансцендентного существования» (т. е. существования вне человеческого сознания)…»(В.И.Ленин, «Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, т.18, с.224).
Смысл высказываний Маркса и Энгельса состоит в следующем: не будем приписывать плоду вообще и квадратному корню из минус единицы существование вне человеческого сознания, не будем приписывать природе существование плода вообще, квадратного корня из минус единицы, четвертого или пятого измерения пространства.
Выходит, что Маркс и Энгельс стояли в одном ряду с борцами против материализма Леклером, Шуппе, Ремке, Шубертом-Зольдерном.
Молчаливо подразумевается, что нужно приписывать окружающему миру существование того, что воспринимается органами чувств, и нельзя приписывать окружающему миру существование каждого из того, что является абстрактным обобщением (без проведения всесторонней проверки с целью установления реалистичности).

В 1914 году В.И.Ленин написал статью «Еще одно уничтожение социализма». Статья размещена в полном собрании сочинений, в томе 25 на страницах 31-52.
В статье В.И.Ленин вступил в спор с П.Б.Струве по вопросу реалистичности абстрактных понятий, входящих в состав теории Карла Маркса о стоимости товаров и ценообразовании при капиталистическом укладе хозяйствования.
Петр Бернгардович Струве взял за основу своих научных рассуждений книгу «Святое семейство» Карла Маркса и Фридриха Энгельса, точнее, ту часть книги, в которой шла речь о том, что понятие «плод вообще» не может производить из себя яблоки, груши, сливы, абрикосы, орехи, хотя понятие «плод вообще» создавалось на основе изучения яблок, груш и т.п. П.Б. Струве указал, что в марксисткой политэкономии эмпирические цены управляются законом ценности, так сказать, цены заимствуют свое бытие от «субстанции ценности»; ценность, как нечто отличное от цены, от нее независимое, ее определяющее, есть фантом; цена есть факт, но ценность не является фактом, а является абстракцией, указывающей на соотношение полезного в процессе обмена одного полезного на другое полезное, и будет бессмыслицей наделять абстракцию способностью регулировать действительный процесс обмена.
Струве пришел к тому же выводу, к которому пришли Маркс и Энгельс: постигаемое при помощи психических абстракций имеет абстрактно-психический характер; если брать за основу яблоки и груши, и из них выводить общее понятие «плод», и этому понятию приписывать материальную способность порождать яблоки и груши, то обладающий таким свойством «плод» является фантомом; если брать за основу цены, и из них выводить общее понятие «ценность», и этому понятию приписывать материальную способность порождать цены в реальном обмене товаров, то обладающая таким свойством «ценность» является фантомом.
Размышления Маркса и Энгельса и их вывод о фантомах изложены в краткой форме в четырнадцатой главе «Потопление фактов в море измышлений».
Здесь уместно напомнить о том, что Александр Александрович Богданов согласился с точкой зрения Карла Маркса и Фридриха Энгельса, по вопросу о фантомах. С мнением Богданова можно ознакомится по книге «Материализм и эмпириокритицизм», в которой В.И.Ленин сообщил, что Богданов «возражает реакционным философам, говоря, что попытки выйти за пределы опыта приводят на деле "только к пустым абстракциям и противоречивым образам, все элементы которых брались все-таки из опыта"»(с.153).
Струве считал, что Маркс чересчур легкомысленно, без соблюдения осторожности, вышел за пределы опыта, и это привело Маркса к пустым абстракциям и противоречивым образам, вписанным в книгу «Капитал».
В книге "Диалектика природы" Энгельс высказал свою точку зрения о фактах и домысливании абстракций к фактам. Представление о силе заимствовано из проявлений деятельности человеческого организма, связывающего его с окружающей средой. Мы говорим о мускульной силе, о поднимающей силе рук, о прыгательной силе ног, о пищеварительной силе желудка и кишечного тракта, об ощущающей силе нервов, о секреторной силе желез и т. д. Иными словами, невозможность исчерпывающего описания неизвестных внутренних процессов, действительно протекающих при осуществлении той или иной функции человеческого организма, приводит к тому, что вместо точного всестороннего описания мы подсовываем неполноценное частичное описание, включающее в себя незначительную толику действительной причины, и неполноценное описание выражено словами о так называемой силе. Подсунутое полуфиктивное описание соответствует процессу, связанного с функцией организма. Мы переносим затем этот метод также и на физический мир и сочиняем столько же сил в физике, сколько обнаруживаем различных явлений в природе. В называемом «силами» изображены закономерности, понятийно охватывающие на первых порах лишь небольшие ряды процессов природы, условия которых довольно непонятны. Мы еще не выяснили себе довольно запутанных условий проявления объективных процессов. Требование познать явления природы, объективные закономерности, условия которых сейчас запутанны для исследователей, принимает своеобразную форму выражения, превращаясь в требование отыскивать силы, представляющие собой причины действительных процессов, незначительная толика которых нам известна. В объективные процессы природы вносится субъективное представление о силе. К частично выявленной действительной закономерности через примысливание полуфиктивной силы присоединяется лишь наше субъективное утверждение, что закон природы действует при помощи некоторой неподтвержденной «силы». Это уж очень своеобразный способ «объективизации», когда в некоторый, — уже установленный как независимый от нашей субъективности и, следовательно, уже вполне объективный, — закон природы вносят чисто субъективное представление о силе.
Петр Струве применил к политэкономическим понятиям логику Фридриха Энгельса, и установил, что понятие «ценность» является результатом размышления над ценами, которые представляют собой хорошо известные действительные процессы в товарообмене; в цены вносятся чисто субъективное, полуфиктивное понятие «ценности», которому приписывается фантомное свойство увеличивать или уменьшать цены.
С точки зрения Струве, способность человека создавать в своей голове представление о причине, влияющей на рост или падение цен, не может обеспечить наличие материального объекта, для которого представляемая человеком причина является приблизительно точной копией, и поэтому человеческое представление есть всего лишь фантом, абстракция без реальности.
«Дело всякого исторического исследования приходится начинать с изучения состояния производительных сил и экономических отношений данной страны. Но на этом, разумеется, исследование не должно останавливать¬ся: оно должно показать, как сухой остов экономии покрывается живой плотью социально-политических форм, а затем — и это самая интерес¬ная, самая увлекательная сторона задачи — человеческих идей, чувств, стремлений и идеалов. В руки исследователя поступает, можно сказать, мертвая материя... из его рук должен выйти полный жизни организм»(Г.В. Плеханов).
Из рук исследователя выходит изображение организма, но факт выхода не доказывает, что изображение соответствует действительности. Изображение нуждается в доказывании того, что оно реалистично.
Состояние производительных сил, экономические отношения, и многие другие твердо установленные факты могут быть положены в основу теоретизирования, но нельзя верить в правильность теоретизирования, когда правильность теоретизирования обоснована лишь тем, что твердо установленные факты являются незыблемой основой.
В книге «Нищета философии» Карл Маркс написал, что абстрактно мыслящие исследователи воображают, что они занимаются анализом, когда размышляют над абстракциями, приводящими к логической категории «субстанция»; но в действительности они просто топят реальный мир в мире логических категорий.
П.Б.Струве считал, что К.Маркс совершил потопление обнаруживаемых цен в умозрительном понятии «субстанциональная ценность», и аналитические размышления над действительными ценами (и размышления над остовом экономии, завершившиеся тем, что остов покрылся живой плотью социально-политических форм) привели к пустопорожней абстракции.
В главе 20 «Физиологический идеализм» указывалось, что теории имеют несколько структурных частей, и что практический критерий истинности, примененный к первой структурной описательной части, не может выявить правильность (и этим вызывает сомнения) второй структурной объясняющей части теории. Объясняющая часть теории не может считаться достоверной только на том основании, что она пристыкована к описывающей части теории, в которой изложены твердо установленные факты. Эту же мысль можно выразить проще, не ссылаясь на разделение теорий на несколько структурных частей. Фридрих Самуилович Завельский в 1974 году издал книгу «Масса и ее измерение», и в книге имеется более простая формулировка: «Та или иная теория редко удовлетворяет ученых, если лежащие в ее основе допущения придуманы специально для объяснения определенного факта».
Также более простую формулировку предложил Лев Борисович Баженов, автор книги «Строение и функции естественнонаучной теории», вышедшей в свет в 1978 году: «Теоретическое построение, ограничивающееся просто объяснением уже известного материала, всегда вызывает подозрение в отношении своего правдоподобия».
Завельский и Баженов имеют ввиду — когда обнаружен новый факт и для его объяснения создана новая концепция с придуманными допущениями, то новая концепция в обязательном порядке должна объяснять также и издавна известные факты (даже если издавна известные факты уже имеют объяснения). При отсутствии этого, концепция сомнительна. Придуманные допущения надлежит подвергнуть проверке (проверке отдельно от проверки фактов), и только после этого появится доверие. До проверки недопустимо доверять.
По сути дела, Струве применил номиналистические формулировки Завельского и Баженова, и сделал вывод: Карл Маркс разработал логически-обоснованное обобщение, но наличия объясняющего обобщения явно недостаточно; не проводились экспериментально-эмпирические работы, доказывающие правильность абстрактных допущений, придуманных Марксом посредством обобщения фактов и предназначенных для объяснения роста и падения цен на товары, и поэтому нельзя доверять теории Маркса, изложенной в книге «Капитал». В этой книге Маркс прямо указал, что при анализе категории «стоимость» нельзя пользоваться ни микроскопом, ни химическими реактивами; то и другое должна заменить сила абстракции.
Маркс с одобрения Энгельса сделал то, что Маркс и Энгельс запретили в книгах «Святое семейство» и «Нищета философии», а именно, запретили умственными усилиями делать догадки о причинах, логически обосновывать догадки, т.к. постигаемое при помощи размышлений является всего лишь абстракцией (абстракцией без реальности); общепризнано, что абстрактно-психическое не вызывает материальные эффекты и поэтому оно не годится на роль причины.
Истина всегда конкретна. Абстракция — это всего-навсего рабочая гипотеза. Нельзя доверять абстракции, пока абстракция не превращена в конкретное (подобно тому, как цингопредотвращающая сила из абстракции превратилась в конкретные витамины).
Ленин не согласился с номиналистом Струве, и доказывал его низкую научную подготовку в сфере абстракций, неспособность найти факты, опровергающие теорию Маркса. Струве не смог опровергнуть теорию Маркса, следовательно, марксова теория является объективно-верной. Реакционные круги вкупе с фидеистами заинтересованы в признании абстракции, разработанной Марксом, рабочей гипотезой, и Струве отрабатывал заказ реакционных кругов, называя «субстанциональную ценность» рабочей гипотезой. Струве прятался за скептицизм и номинализм, и отказывался дать честный прямой бой логически обоснованной теории Маркса, отделываясь мелкими номиналистическими придирками. Струве кичился эмпиризмом, чтобы принизить значение логических обоснований и натравить скептицизм и номинализм на обобщения, имеющих глубокое логическое обоснование. Пресловутый «эмпиризм» господина Струве состоит в изгнании из науки неприятных для буржуа обобщений. Струве отчаялся от трудностей научного исследования, и поэтому он прибегнул к упрощенному подходу к научному исследованию, характерному для номиналистов, состоящему в пренебрежительном отношении к логически обоснованным обобщениям. Струве пытался спрятать свою боязнь перед наукой, отвергающей номиналистические поползновения. Струве пытался спрятать свою боязнь перед признанием объективного характера тех обобщений, которые выведены Марксом из многократно проверенных фактов.
Ленин защищал политэкономию Маркса и имеющиеся в политэкономии абстрактные положения, и защита состояла в том, что Струве обвинялся в ошибочном истолковании эмпирического обоснования. В.И.Ленин прямо пишет на странице 45, что наблюдение за процессами обмена, покупок, продажи представляет собой проверку объяснений (общих понятий, придуманных допущений). Наблюдения за фактами обосновывает факты, и заодно обосновывает объяснения. Здесь нельзя не вспомнить Роджера Котеса, который в предисловии к книге Исаака Ньютона в 1713 году написал, что Ньютон смог доказать существование тяготения на основании совершающихся явлений, представляющие собой определенные траектории, по которым двигаются планеты и кометы. Правильность домысленных причин доказывается тем, что следствия представляют собой твердо установленные и многократно проверенные факты. Применяя такое доказывание, можно обосновать любую теорию, в том числе малоосмысленную теорию Дриша.
По мнению Котеса и Ленина, правильное понимание эмпиризма состоит в том, что наличие эмпирических фактов, для объяснения причины которых создается теория, считается доказывающим правильность объяснения. Струве не согласился с таким доказыванием, и поэтому он был объявлен Лениным имеющим ложное представление об эмпиризме.
Струве и Ленин имели различный подход к доказыванию; Струве не признавал причины доказанными, когда доказывание состоит в тщательном наблюдении за следствиями. Причины должны доказываться отдельно от доказывания следствий. Неявно выраженный спор о раздельном доказывании причин и следствий является малозаметным глубинным основанием, подтолкнувшим В.И.Ленина к написанию статьи с критикой П.Б.Струве.
Ленин имел убеждение, что понятие «ценность» успешно прошло через практическую проверку, и проверка состояла в наблюдении за ценами в процессе продажи и покупки товаров. Струве полагал, что практическая проверка еще не применялась к понятию «ценность».
Галилео Галилей утверждал, что скорость вращения Земли вокруг своей оси, и скорость движения Земли по орбите вокруг Солнца в ночное время складываются, а в дневное время вычитаются друг из друга, это сложение и вычитание скоростей сказывается на морских водах и происходят отливы и приливы. Для того, чтобы кораблям было легче выйти в море, мореходы направлялись в открытое море во время отлива, и отливная волна влекла за собой корабли. Мореходы практически использовали морские отливы, но практическая польза от отливов не доказывает правильность концепции Галилео Галилея о сложении и вычитании скоростей, связанных с движением Земли. Эмпирические факты и польза от их применения не могут считаться доказательством правильности объяснения, когда в качестве доказательства используются факты, для объяснения которых создано объяснение.
По мнению Ленина, закон «ценности» и закон броуновского движения мало отличаются друг от друга: если при помощи видимого броуновского движения (и видимого неравномерного распределения броуновских частиц в толще воды — внизу много броуновских частиц, вверху мало броуновских частиц) доказана правильность точки зрения о существовании невидимых атомов, то почему тогда наблюдаемое ценообразование не может считаться доказательством правильности закона «ненаблюдаемой субстанциональной ценности»?
Невидимое оставляет видимые следы. В 1953 году известный физик Макс Борн написал статью «Физическая реальность», в которой он доказывал, что видимые следы, наблюдаемые в камере Вильсона, убедительно свидетельствуют о существовании невидимых электронов и других элементарных частиц. Наверняка, Ленину попалось в руки несусветное количество книг по физике, написанных учеными, подобным Роджеру Котесу и Максу Борну; Ленин не смог отделить зерна от плевел, и от некритического чтения таких книг у В.И.Ленина сформировалось превратное представление о том, как создаются умозрительные представления о невидимом и как устанавливается реалистичность таких представлений.
Философская проблема, связанная с отношением В.И.Ленина к доказыванию химических, физических, политэкономических теорий, — это проявление проблемы сочинения примитивных книг и учебников про химию, физику, политэкономию. Точнее, популяризаторы науки создают проблему, когда они сглаживают противоречия в науке, и перед читателями популяризаторских книг предстают чрезмерно упрощенные противоречия в химии, физике, политэкономии.
В конце тридцатой главы «Заключение» упоминается мнение Гегеля по поводу решения указанной проблемы.)

Из статьи В.И.Ленина можно понять, какой смысл вкладывал П.Б.Струве в термины «метафизика» и «метафизический материализм» — признание объективного характера за абстракциями (придуманными допущениями, обобщениями наблюдаемых фактов), не проверенных микроскопом, химическими реактивами, экспериментально-практическим критерием истинности.
Экспериментально-практический критерий может быть применен к предсказаниям, выводимым из объяснения, но сами объяснения таковы, что к ним не применим экспериментально-практический критерий истинности. По этой причине нельзя доказать правдоподобие объяснений. Недостоверное именуется «метафизикой». Та область знаний, где не применяется экспериментально-практический критерий истинности, надлежит называть метафизической областью. Также нужно выделить условно-метафизическую область, в которой находится то, к чему может быть применен, но еще не применялся экспериментально-практический критерий истинности.
По мнению эмпириокритиков, наука должна быть достоверной, и это достигается путем изгнания из науки метафизического. Достичь достоверности науки можно и другим способом — переименовать метафизическое в достоверное, и убедить в правильности переименования при помощи ГУЛага.


В.И.Ленин выразился в том смысле, что в борьбе средневековых номиналистов и анти-номиналистов проявляется аналогия с современной борьбой идеалистов и материалистов.
Действительно, аналогия имеется. Материализм утверждает: в окружающем мире существует то, что люди называют существующим; человеческие представления о существующем является подобием существующего. Анти-номинализм говорит примерно то же самое: люди создают в своих головах общие понятия, и они представляют собой приблизительно точное изображение материального общего, имеющегося в природе. Идеалисты и номиналисты делают аналогичные друг другу заявления: в окружающем мире существует то, относительно чего собраны весьма убедительные доказательства существования; считаемое находящимся вне нас не всегда действительно находится вне нас; многие абстракции являются абстракциями без реальности; человеческие представления о существующем существенно отличаются от существующего и не подобны существующему; действительный мир нельзя понимать таким, каким он изображается в абстракциях и обобщениях; обобщения естествознания во многих случаях являются фантомами (ПСС, т.25, с.46).
В.И.Ленин отказывался признать правильность концепции о четвертом измерении пространства. Такую концепцию Ленин называл бессодержательной нелепостью, нереальной фальшью, больной фантазией. Другими словами, четвертое пространственное измерение есть абстракция без реальности.
При рассмотрении вопроса о четвертом пространственном измерении, Ленин перешел на позиции идеализма и номинализма.

В статье «Еще одно уничтожение социализма» В.И.Ленин написал, что объективная стоимость есть обобщенное выражение явления цены. И чем это отличается от высказывания Маха «объективная вещь есть обобщенный символ ощущений»? И Мах, и Ленин истолковывали как объективное то, что представляет собой человеческие размышления. Но Мах, в отличие от Ленина, указывал на неправомерность такого истолкования.
Беркли доказывал, что называемое людьми объективным во многих случаях на самом деле является субъективной мыслью. Ленин подтвердил правильность концепции Беркли, когда написал, что объективная стоимость есть обобщение. Объективное Ленин приравнял к субъективному.
Где находится обобщение? В голове Ленина. Стоимость находится там же, где находится обобщение, т.е. в голове Ленина. Вне головы Ленина нет стоимости. Ленин — экономический солипсист, поскольку из написанного им вытекает, что вне его нет стоимости.
«Когда физики говорят: «материя исчезает», они хотят этим сказать, что до сих пор естествознание приводило все свои исследования физического мира к трем последним понятиям — материя, электричество, эфир; теперь же остаются только два последние, ибо материю удается свести к электричеству»(В.И.Ленин, «Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, т.18, с.275).
В.И.Ленин приравнял понятие и материю. В голове Ленина находится понятие, и там же находится материя, поскольку Ленин приравнял материю к понятию. Вне головы Ленина материи нет, и это логически вытекает из высказывания Ленина.
На странице 298 книги «Материализм и эмпириокритицизм» В.И.Ленин написал: «Все грани в природе условны, относительны, подвижны, выражают приближение нашего ума к познанию материи». Здесь идет речь о том, что природные грани выражают собой человеческий ум. Это — идеализм.

Ганс Дриш обнаружил, что в некоторых условиях клетки размножаются, и у ящерицы появляется новый хвост, который поначалу имеет короткую длину; при некоторых других условиях размножение клеток прекращается, и хвост у ящерицы прекращает удлиняться. Карл Маркс обнаружил, что в некоторых условиях происходит рост цен на товары, а в некоторых иных условиях цены уменьшаются. Дриш и Маркс имели желание дать объяснение наблюдаемым фактам, и они придумали причины, приводящие к появлению фактов — энтелехию и закон «ценности». Дриш и Маркс не сообщили о том, каким конкретным образом причины приводят к появлению наблюдаемых фактов, и поэтому оказалось невозможным уличить причины в том, что они не соответствуют действительности или они являются внутренне противоречивыми. Дриш и Маркс рассчитывали на то, что научный мир доверчиво воспримет их сообщения о том, что указанные ими причины приводят к указанным следствиям. Отсутствие подробных сведений о причине помешало проверить причины при помощи микроскопа, или химических реактивов, или рентгеновскими лучами.
Фридрих Энгельс разработал концепцию о том, что насущная необходимость общения заставляла обезьяну упражнять гортань, и мало-помалу формировались голосовые связки и возникала человеческая речь. Если необходимость существует, то где она находится: внутри обезьяны или вне ее? Если внутри, то какими психологическими тестами можно обнаружить ее? Или какими хирургическими операциями можно воспользоваться для этого? Если необходимость существует вне обезьяны, то какие приборы нужно использовать для поиска и локализации необходимости? Указывает ли концепция Энгельса пути, на которых может быть показана материалистическая природа необходимости? Ответ на эти вопросы отсутствует. Энгельс использовал необходимость точно так же, как Дриш использовал энтелехию — изложена подробная информация о следствии и чрезвычайно скупая информация о причине.
В первую половину девятнадцатого века производилось измерение теплоемкости многих твердых тел. Оказалось, что алмаз, графит, бор и кремний обладают свойствами, резко выделяющих его среди множества других твердых тел — их теплоемкость не постоянна, а увеличивается при нагревании; при некоторой температуре рост теплоемкости прекращается, и их теплоемкость становится приблизительно равной теплоемкости всех остальных твердых тел, имеющих комнатную темературу.
В 1920-х годах году Паули и Ферми принялись разрабатывать объяснение для этого загадочного явления. Было известно о высокой прочности алмаза, и это свойство было взято за основу; Паули и Ферми сообщили, что атомы внутри алмаза связаны между собой очень жестко, и поэтому при нагревании колебания атомов (ядер и электронов) возле среднего положения имеют намного меньший размах, чем у атомов менее твердых тел; энергия, которую в состоянии принять атомы алмаза, меньшее энергии теплового кванта, и атомы не увеличивают размах своих колебаний; при нагревании алмаза атомы с большей легкостью воспринимают подводимую извне энергию, и размах атомных колебаний увеличивается.
Подобно Дришу, Марксу и Энгельсу, Паули и Ферми придумали причину, наделяемую способностью приводить к появлению наблюдаемых фактов. Паули и Ферми отличились от Дриша, Маркса и Энгельса тем, что более подробно описали «внутренний механизм» — каким образом придуманная причина проявляет себя и вызывает запланированный эффект. Подробное описание связи между причиной и следствием позволило уличить причинно-следственную связь в нереалистичности.
Концепция Паули и Ферми имеет два внутренних противоречия. Во-первых, Паули и Ферми заявили, что при нормальной температуре алмаза энергии колебаний некоторых атомов является недостаточной для возбуждения всех атомов, и это сопровождается низкой теплоемкостью; при нагревании твердых веществ происходит энергетическое возбуждение атомов кристаллической решетки, свою энергию атомы передают электронам, при этом получаемая электронами энергия имеет относительно небольшую величину, и общая энергия электронов увеличивается незначительно. Такие теоретические процессы должны были объяснить низкую теплоемкость алмаза. Паули и Ферми заявляли: незначительное изменение средней энергии атомов алмаза при воздействии значительного количества тепла объясняет малую теплоемкость электронов. Противоречие состоит в том, что постулируется ничтожное изменение атомарной энергии алмаза при подводе значительного тепла, и это означает гигантскую теплоемкость атомов и электронов, а вовсе не малую теплоемкость.
Во-вторых, из объяснения Паули и Ферми логически вытекает, что «нормализация» теплоемкости алмаза при нагревании должна приводить у уменьшению прочности алмаза (приближение теплоемкостных свойств алмаза к таким же свойствам тел средней степени прочности, должно сопровождаться приближением прочностных свойств алмаза к прочностным свойствам тел средней степени прочности), однако экспериментальное исследование алмазов показало, что прочность алмазов при нагревании не становится равной прочности тел средней степени прочности. Эксперименты показали несоответствие между экспериментами и концепцией Паули и Ферми.
Джеймс Кук осознал возможность предотвращения цинги посредством употреблению в пищу цитрусовых плодов и квашеной капусты, и при этом Кук не поведал о том, каково промежуточное звено между причиной и следствием.
Кук, Дриш, Маркс, Энгельс не знали (или очень мало знали), каким конкретным образом осуществляется связь между причиной и следствием, и не описали эту связь; отсутствие такой информации не позволило кому-либо подвергнуть неописанную связь критике, вследствие чего Куку, Дришу, Марксу, Энгельсу удалось избежать критики по поводу нереалистичности «внутреннего механизма», приводящего к наблюдаемым следствиям.
 
kkamlivДата: Вторник, 11.10.2016, 16:15 | Сообщение # 92
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
Глава 029. Градация убедительности. Правильное решение в политике.

Способ создания теории, и метод проверки придают второй объяснительной части естественнонаучной теории ту или иную степень достоверности. Доказательная сила может быть оценена позитивистично или негативистично. Позитивистично — путем подсчета случаев, когда воззрение, созданное и проверенное определенным методом, до сих пор почитается как истинное. Ниже приводится негативистический список убедительности воззрений, составленный путем подсчета случаев, когда воззрение, созданное определенным методом, впоследствии было ниспровергнуто. Подразумевается, что доверие к методу должно быть обратно пропорционально количеству случаев, когда метод приводил к ошибке.

Истина 1 сорта — это истина, созданная с помощью тавтологии, то есть путем перефразирования. Например, в 1734 году Жан Дезагулье обнаружил, что полированные металлические пластины схватываются («склеиваются») при сильном трении друг об друга. Он объяснил это явление наличием склонности достаточно сближенных твердых тел к слипанию. В истории науки не зарегистрировано ни одного случая, когда такое квазиобъяснении было впоследствии опровергнуто.

Истина 3 сорта — это истина, созданная методом мыслительного анализа твердо установленных закономерностей. Обнаруженные закономерности подвергаются истолкованию, и про результат истолкования говорят, что истолкование напрямую выведено из самой действительности, из закономерностей. Три века назад Рене Декарт произвел истолкование некоторых оптических явлений, и из них вывел теорию, согласно которой цвет образуется из смеси света и темноты (точнее, из смеси световых лучей и темновых лучей): цвета определяют более или менее быстро вращающиеся под влиянием световых лучей шарики-атомы, составляющие эфир; скорость вращения эфирных атомов пропорциональна интенсивности световых лучей, а интенсивность, в свою очередь, зависит от процентного соотношения световых и темновых лучей. Однако судьба этой теории оказалось трагической, ибо в ходе последующих исследований выяснилось, что цвета не зависят от скорости вращения эфирных атомов, а в существование темновых лучей никто не верит. Когда теория объясняет явление, то практическое существование этого явления нельзя считать доказательством правильности объясняющей теории.
Диалектическими материалистами теория рассматривается как выводимая из опыта логическая надстройка, отражающая связи между явлениями и фактами, твердо установленными. Что является гарантией того, что выявленная и зафиксированная в теории связь соответствует действительно существующей связи? Гарантией является правильность процесса мышления. Советский философ Андреев дал такую формулировку: «Диалектическая логика позволяет всесторонне обосновать истинность возникающих в процессе познания теоретических положений». Как говорят марксисты, материалистическая диалектика на основе своих принципов верно отражает объективную реальность в категориях, которые, отходя от непосредственной данности конкретных предметов, раскрывает сущность тех или иных сторон этих предметов глубоко, полно и в необходимой всеобщности.
Короче говоря, истинность теории доказывается тем, что она разрабатывается с применением правильной диалектической логики. Доказательство на все сто процентов определяется желанием индивида — я желаю считать свою логикой правильной, и поэтому является истинной созданная мною теория. Конечно, любой встречный-поперечный может объявить, что он хорошо владеет диалектической логикой и что по этой причине его воззрение является истиной.
В конце позапрошлого века французский ученый Пьер Дюгем предложил иной метод доказывания теории: «Только очная ставка с фактами может придать ценность теории. Но эта очная ставка с фактами должна быть предоставлена исключительно следствиям из физической теории… Постулаты же, служащие исходной точкой для теории, и также промежуточные звенья, ведущие от постулатов к следствиям, этой проверке со стороны фактов подвержены быть не могут». Из теории выводится гипотетическое предположение о существовании каких-либо фактов или явлений, еще не известных науке (должны быть предсказаны факты или явления, предсказания которых не вытекают их иной конкурирующей теории), затем производится попытка обнаружения их в природе или в эксперименте. Следствием из теории Декарта была так называемая коническая рефракция; эта гипотеза была выведена ирландским физиком Уильямом Гамильтоном в 1835 году. Через несколько лет существование ранее неизвестной конической рефракции было подтверждено в эксперименте, проведенном Хемфри Ллойдом. Однако теория Декарта сейчас считается ошибочной. Метод доказывания, предложенный Дюгемом, приводит к созданию истин 2 сорта.
Статистика показывает, что истины 2 сорта относительно редко впоследствии признаются ошибочными. С истинами 3 сорта гораздо чаще случается крах.
По поводу истин 3 сорта необходимо сказать следующее. Современный философ Вячеслав Семенович Степин написал множество философских книг, которыми доказывается, что исследователь способен вывести из фактов абстрактные теоретические построения, раскрывающие сущностные качества фактов. Вот цитаты из трудов В.С.Степина: «Эмпирическое исследование изучает явления и их корреляции; в этих корреляциях, в отношениях между явлениями оно может уловить проявление закона. Но в чистом виде он даётся только в результате теоретического исследования», «Сущность объекта представляет собой взаимодействие ряда законов, которым подчиняется данный объект. Задача теории как раз и заключается в том, чтобы, расчленив эту сложную сеть законов на компоненты, затем воссоздать шаг за шагом их взаимодействие и таким образом раскрыть сущность объекта», «На ранних стадиях научного исследования, когда осуществляется переход от преимущественно эмпирического изучения объектов к их теоретическому освоению, конструкты теоретических моделей создаются путём непосредственной схематизации опыта. Затем они используются в функции средства для построения новых теоретических моделей, и этот способ начинает доминировать в науке. Прежний же метод (непосредственной схематизации опыта) сохраняется только в рудиментарной форме, а его сфера действия оказывается резко суженной. Он используется главным образом в тех ситуациях, когда наука сталкивается с объектами, для теоретического освоения которых ещё не выработано достаточных средств. Тогда объекты начинают изучаться экспериментальным путём и на этой основе формируются необходимые идеализации как средства для построения теоретических моделей в новой области исследования».
Описанный и одобренный В.С.Степиным способ раскрытия сущности многократно скомпрометировал себя, и по этой причине Пьер Дюгем, сторонник эмпириокритической философии, создал альтернативный способ выявления сущности. Последователи Карла Маркса не воспользовались способом раскрытия сущности, предложенным эмпириокритиком Пьером Дюгемом, для доказательства правильности марксистской политической экономии.
Материалисты говорят: ученые заинтересованы в правильности теории, и поэтому ученым нужно прилагать усилия, чтобы на всех этапах существования теории она была правильной. На этапе создания теории, эмпирия управляет мышлением, чтобы мышление двигалось в правильную сторону и пришло к истине. «Не только результат исследования, но и ведущий к нему путь должен быть истинным. Исследование истины, само должно быть истинно»(К. Маркс, Соч., том 1, с. 7). Идеалисты не согласны с таким отношением к правильности, и считают его неразумно ограничивающим научные исследования. Идеалисты утверждают — на этапе создания теории нужно отдавать себе отчет в том, что именно на этом этапе невозможно установить правильность, и только после окончания проверяющих экспериментов можно уделять серьезное внимание правильности теории. Мышление вырабатывает из самого себя материал (относительно его заранее известно, что он имеет сомнительное качество), и в этом материале практический критерий истинности разыскивает истины.
Камнем преткновения для материалистов стал принцип достаточного основания, сформулированный Готфридом Лейбницем в семнадцатом веке. Принцип достаточного основания постулирует, что теоретизирование приведет к истине в том случае, когда исходный пункт теоретизирования подвергнут проверке и его истинность доказана. Идеалисты не согласны с принципом достаточного основания, и полагаются на то, что истина будет обеспечена практическим критерием, и последний применяется не к исходному пункту.
Примечательно, что Копнин относился к очень редкой разновидности материалистов, которые соглашаются с идеалистической теорией познания в вопросе о том, что правильность концепции устанавливает не тогда, когда разрабатывается концепция: «При выдвижении гипотезы, вопрос о том, верно или неверно она объясняет предмет, исследователем отодвигается на второй план» (из книги «Гносеологические и логические основы науки» Павла Васильевича Копнина, 1974 год).
Копнин имел смелость согласиться с точкой зрения идеалиста Дюгема, раскритикованного Лениным. «В процессе своего развития физическая теория свободна выбрать какой ей угодно путь при условии, что бы она избегала только логического противоречия; в частности, она свободна совершенно не считаться с фактами. …Очная ставка с фактами может придать ценность теории. Но эта очная ставка с фактами должна быть предоставлена исключительно следствиям из физической теории, ибо только они рассматриваются как изображения реальной действительности. Постулаты же, служащие исходной точкой для теории, и также промежуточные звенья, ведущие от постулатов к следствиям, этой проверке со стороны фактов подвержены быть не могут»(Пьер Дюгем, «Физическая теория и эксперимент»).
Материалисты говорят, что в процессе абстрагирования в абстракции воспроизводится (восстанавливается) богатое объективное содержание эмпирического материала. Материалисты забывают одну немаловажную деталь — факт объективного воспроизведения обнаруживается не тогда, когда происходит процесс абстрагирования, а когда применяется практический критерий истинности. С точки зрения здравого смысла, сначала нужно говорить о том, что к абстракции применяется практический критерий истинности, и только после этого позволительно вещать о том, что произошло объективное воспроизведение. Однако материалисты придерживаются принципа историзма, и свой рассказ они начинают с того, с чего начинается, в типичных случаях, исторический процесс познания: появляется эмпирический материал, и из него переносится в абстракцию объективное содержание.
Историческая последовательность событий в процессе познания, представляется материалистам важнейшим элементом теории познания, и историческая последовательность ими используется как наставление, которому должно подчиняться научное исследование (исследователь должен верить в правильность, относящуюся к процессу воспроизведения в абстракции объективного содержания эмпирического материала).

Истина 4 сорта — доказанная с помощью демагогии. Радиоприемник воспринимает только радиоволны и электрические разряды. Из этого факта невозможно сделать вывод о том, что в природе существуют только радиоволны и электрические разряды. Будет ошибочным заявление: существуют только разряды, радиоволны и воспринимающие их один-единственный радиоприемник; другие радиоприемники не посылают от себя электрические разряды и радиоволны, не воспринимаются одним-единственным радиоприемником и по причине невосприятия не существуют. Вполне совместимы между собой два высказывания: «радиоприемник воспринимает только радиоволны и электрические разряды», «в природе есть водопады, звезды, горы, овраги, деревья, облака, камни». Но некоторые люди стремятся найти какое-то противоречие между высказываниями такого типа, какую-ту логическую или иную несовместимость между такими высказываниями; эти демагоги исходят из своей уверенности в том, что существует только то, что воспринимает радиоприемник, или животное, или человек. Эти люди энергично пытаются убедить всех, что если взять высказывание «мозг воспринимает и имеет дело только с ощущениями и мыслями», то с этим высказыванием нельзя совместить следующее высказывание: «в природе существуют кенгуру, профсоюзы, звезды, мировой океан, месторождения нефти». Эти люди также стараются уверить всех в том, что из высказывания «мозг воспринимает и имеет дело только с ощущениями и мыслями» логически вытекает высказывание «в природе существуют только ощущения и мысли». Большинство людей согласятся с тем, что между двумя последними высказываниями нет логической связи. Большинство согласится с тем, что демагогические ухищрения не доказали ошибочность утверждений «мозг воспринимает только ощущения и имеет дело только с мыслями», «только ощущения и мысли существуют в мозге». Большинство согласится с тем, что существующее в природе нельзя отождествлять с существующим в мозге (мышлении).
Другой разновидностью демагогии является каббала. «Когда физики принимали существование эфира, то различные поля, существующие в пространстве — электрическое, магнитное, гравитационное — рассматривались как формы механического движения эфира. Соответственно, возникал вопрос, чем отличаются эти формы движения. Исходя из существования единой субстанции, можно было бы произвести поиск ответа на этот вопрос, т.е. искать связь между различными свойствами этих полей. Отказ от эфира, совершенный А.Эйнштейном, означал, что поля — это не формы движения единой субстанции, а отдельные субстанции. А субстанция есть то, что определяется через себя, а не через другое. Разумеется, поиски связи между свойствами полей превратились в своего рода гадание: если нет связи между явлениями в действительности, нет объективной основы для связи между свойствами (В.Н.Игнатович, «Введение в диалектико-материалистическое естествознание»).
Раньше в пространстве имелась связь между электрическими, магнитными, гравитационными силами, и связь осуществлялась через эфир. Но вот треклятый Эйнштейн сел за письменный стол, пододвинул к себе стопку бумажных листов, и стал водить карандашом по бумаге, вычерчивая трудно разбираемым почерком математические формулы. От того, как карандаш двигался по бумаге, утратилась связь между электрическими, магнитными, гравитационными силами. Злой гений порушил ранее существующее пространство. Каждый человек может сотворить хаос в окружающем мире, неправильно двигая остро заточенным карандашом по бумаге.

Истина 5 сорта такова, что для нее в настоящее время невозможно теоретически разработать процедуру экспериментальной проверки, которая может быть проведена хотя бы в отдаленном будущем. Карл Маркс утверждал, что прибыль в сельском хозяйстве проистекает из надбавки к стоимости товара, и в противоположность этому, в промышленности невозможно (или чрезвычайно затруднительно) получить прибыль путем приплюсования надбавки к стоимости товара. По мнению Маркса, в промышленности прибыль проистекает из дополнительного неоплаченного времени. Однако основоположник марксизма не ссылался на экспериментальные или наблюдаемые данные, которые могли бы обосновать его «научное открытие» о двух различных источниках прибыли. С того времени прошло более века, и за этот продолжительный период никто из ученых не мог представить экспериментальное доказательство для лже-открытия Карла Маркса. Никто не смог составить план экспериментов, которые необходимо произвести в недалеком или далеком будущем для экспериментального доказательства теории Карла Маркса. Экспериментальный метод исследования и исходное положение марксисткой политэкономии оказались бесконечно далеки друг от друга. Приблизить их друг к другу никто даже и не пытается — ни экспериментально, ни путем теоретической разработки проектов экспериментальной проверки.

Истина 6 сорта — доказанная указанием на полезность или вредоносность. В 1948 году состоялась сессия Академии сельскохозяйственных наук СССР, на которой выступил А.А.Дмитриев, начальник Управления планирования сельского хозяйства Госплана СССР. Он произнес длинную речь, обвиняющую некоторых ученых в создании теорий, пугающих неприятными перспективами. «По Шмальгаузену, породообразование и сортообразование затухает, а по Роде затухает почвообразовательный процесс. Но этого мало. Ковда по существу пропагандирует «теорию» засоления почв. Он пишет: «Независимо от того, будут ли при поливе орошаемого массива применяться жесткие нормы полива воды, или нормы воды будут превышать водоудерживающую способность воды, в обоих случаях соленакопление под влиянием притока солей с оросительными водами будет протекать одинаково быстро». Что же получается? В важнейших науках (и в области растительного мира, и в области почвообразования, и в области учения об орошаемом земледелии) развиваются теории, согласно которым в перспективе у нас нет ничего хорошего. И хотят ли авторы или не хотят, но они объективно играют на руку противникам коммунизма, противникам всего передового и прогрессивного». Дмитриев разоблачил теории указанием на их вредность.
В предвоенные годы коммунистическая партия и советское правительство приняли военную доктрину, согласно которой военные действия в возможной войне будут происходить только на территории противника. Эта доктрина должна вселить убежденность в победе советских войск в предполагаемой войне. Защищая эту доктрину и эту убежденность, коммунисты боролись против тех, кто наносил вред доктрине. Весной 1937 года на одном из заседаний Военного Совета начальник Генерального штаба А.И.Егоров говорил о слабой оборудованности будущего театра военных действий. Он предлагал подготовить в Могилёве резервный пункт для штаба Западного фронта, и усилить вооружение в оборонительных сооружениях, давно построенных возле Киева. Народный комиссар обороны К.Е.Ворошилов грубо набросился на начальника Генштаба, обвиняя его в пораженчестве и попытке отвергнуть доктрину «воевать только на чужой территории». Чтобы избежать обвинений в пораженчестве, руководители Генерального штаба пытались проводить некоторые оборонительные мероприятия втайне от наркома Ворошилова. Например, заместитель начальника Генштаба М.Ф.Меженинов, обсуждая с начальниками военных училищ возможные варианты эвакуации на восток учебных заведений, крайне опасался, как бы об этом не узнал нарком. Но Ворошилову донесли, и Меженинов стал в глазах наркома «пораженцем». Возможно, приклеенный к нему и к его начальнику ярлык «пораженцев» стал сигналом для НКВД. И Егоров, и Меженинов были репрессированы.
Почему Ворошилов выступал против строительства резервного штаба в Могилёве и усилении вооруженности укрепрайонов возле Киева? Потому что такие действия вызывают вредные, упаднические настроения: неверие в то, что советская армия способна перейти в наступление, отбросить и разгромить врага на его территории. Дабы мысли о слабости армии не появлялись в головах людей, и было запрещено готовиться к боевым действиям на советской земле. Аналогично, разработка возможных вариантов эвакуации препятствовала воспитанию убежденности в несокрушимой мощи Красной армии. Предотвращение идеологического ущерба стало причиной недопущения подготовки к эвакуации и оценки воззрений Егорова и Меженинова как ошибочных.
Первая цель науки и философии — добиться того, чтобы границы, в рамках которых осуществляются различные природные явления, выполняли функцию границы, в рамках которых формируется содержимое человеческих мыслей о природных явлениях. Одним из многих философов, ставящих перед естествоиспытателями указанную философскую цель, являлся Б.М.Кедров, заявивший о том, что естествоиспытатели должны оказывать сопротивление неоправданному выходу научной мысли за пределы фактов, в область умозрительных натурфилософских построений.
Вторая цель науки и философии – изъять из результатов познания вложенное в них личностью исследователя, и сделать результаты обезличенными. По окончанию изъятия, познанное будет зависеть только от свойств изучаемого объекта, и не зависеть от свойств исследователя.
Кант сказал, что во многих случаях не достигаются ни первая, ни вторая цель, что границы природного явления не сдерживают полет мысли, что перелет мысли через границу обеспечивает установление положения во времени и пространстве границы природного явления (подобно тому, как при поиске нефти и газа буровые вышки углубляются в недра в тех местах, где есть нефть и газ, и в местах отсутствия нефти и газа; граница месторождения прорисовывается на равном расстоянии между вышкой, добурившейся до нефти или газа, и вышкой, которая впустую буравила землю). Ленин расценил высказывание Канта как трусость перед трудностями, как создание идеологической атмосферы, создающей препятствия для достижения наукой первой цели и второй цели. Чтобы устранить препятствия для достижения целей, Ленин применил запретительные меры против философии Канта, запретительные меры к перелету мыслей через границу природного явления.
Первостепенная доктрина относительно будущей войны – добиться, чтобы бои происходили на территории других стран, а не на территории СССР. Одним из пропагандистов и агитаторов этой доктрины был Ворошилов. Меженинов и Егоров вели подготовку к военным действиям на территории СССР. Ворошилов расценил деятельность Меженинова и Егорова как трусость перед трудностями реализации доктрины «воевать только на чужой территории», как создание идеологической атмосферы, создающей препятствия для достижения доктрины «воевать только на чужой территории». Чтобы устранить препятствия для реализации доктрины, Ворошилов применил запретительные меры против планирования оборонительных операций на территории СССР.
До того, как углубиться буром в землю, буровых дел мастера не знают, где расположена граница месторождения (для бурильщиков характерен агностицизм). До того, как мысль подвергнется практической проверке, неизвестно, перелетела ли мысль через границу природного явления, или мысль осталась внутри границы природного явления. Требование, предъявляемое к ученым, о продуцировании мыслей, остающихся внутри границы природного явления, — это заведомо невыполнимое требование (у ученых нет инструментов, чтобы в момент формирования мысли определить невыход мысли за границу природного явления). Запретительное требование о невыходе научной мысли за границу природного явления свидетельствует о низкой философской квалификации того человека, который накладывает запрет. Возмущение по поводу несвязанности мышления исследователя (в момент формирования мыслей) с внешними обстоятельствами (с границей природного явления) свидетельствует о низкой философской квалификации возмущенного.
Можно ли серьезно относиться к человеку, придерживающегося концепции, что развитие науки в правильном направлении будет происходить только в том случае, если убедить физиков, химиков, биологов, геологов, астрономов, неврологов, бактериологов, паразитологов в ошибочности философии Канта, которая содержит неправильное мнение о том, что мысли исследователей часто выходят за границу природного явления, и что наука часто двигается в неправильном направлении?
Вторая цель науки – изъять из результатов познания фантазии, вложенные личностью ученого. Вторая цель философии аналогична второй цели науки - изъять из теории познания всяческое упоминание о фантазиях. Стремление к построению теории познания на основе изъятия всякого упоминания о фантазиях (которые подталкивают к недопустимому перелету мысли через границу природного явления) приводит к более фантастической теории познания, чем та теория познания, которая включает в себя фантазии как составной элемент познания природных явлений (и признает полезность перелета мысли через границу природного явления).
Самый яркий пример теории, из которой не изъята личность создателя теории — это теория познания, из которой изъяты фантазии личности и переход мысли через границу природного явления. Теория познания обречена на успех, когда ее главной мыслью становится принцип «то, существование чего я считаю вредным, — того не существует».
 
kkamlivДата: Вторник, 11.10.2016, 16:16 | Сообщение # 93
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
В начале 1904 года вышла в свет книга В.И.Ленина «Шаг вперед, два шага назад», посвященная второму съезду партии, и в этой книге Ленин требовал: «Все постановления съезда и все произведенные им выборы являются решениями партии. Они никем и ни под каким предлогом не могут быть опротестованы». И в более позднее время Ленин высказывался против попыток поставить под сомнение партийные решения: «После принятия решения никакое оспорение недопустимо»(В.И.Ленин, ПСС, т.34, с.424). В 1920 году член ЦК ВКП(б) Лев Троцкий вскрыл ошибку остальных членов ЦК, заключающуюся в введении продразверстки, и предложил заменить её продналогом. Протесты Троцкого против продразверстки могли принизить авторитет ЦК (величина авторитета обратно пропорциональна количеству высказанных протестов и оспорений), и из-за этого ЦК потребовал Троцкого не предавать гласности свой негативно-скептический взгляд на продразверстку. Троцкий проиграл со счетом 4:11, при голосовании в ЦК. Лев Троцкий подчинился требованию о молчании. Далее началась кровопролитная братоубийственная война. Крестьяне, сопротивляясь продразверстке, направили винтовки против коммунистической власти, желавшей сохранить продразверстку. Так как и со стороны крестьян, и со стороны большевиков были большие потери убитыми и ранеными, то ЦК ВКП(б) в 1921 году отменил продразверстку. Генеральную линию против протестов и оспорений, связанных с продразверсткой, ЦК проводил один год (весной 1920 года Троцкий выступил со спором, а весной 1921 года коммунисты отказались от продразверстки), но за этот период упрямство большевиков привело к гибели десятков тысяч человек.
И после 1921 года В.И.Ленин продолжал отмахиваться от споров и спорящих, как от надоедливых мух. Мне приятнее, говорил Ленин, иметь резолюцию, кладущую конец борьбе друг с другом на заседаниях Совета народных комиссариатов, чем наблюдать на десятках заседаниях взаимную борьбу, разоблачения и споры (ПСС, том 43, с.75). Споры до добра довести не могут — таков лейтмотив его выступления на Х партийном съезде: «Обстановка споров становится в величайшей степени опасной… Мы должны на съезде прямо сказать: споров мы не допустим». Судя по документам, хранящихся в архиве ЦК КПСС, это ленинское обращение затронуло душевные струны многих коммунистов. О том, что массы большевиков неприязненно относятся к спорам, свидетельствует, в частности, резолюция партийного собрания г.Сормово, проходившего в 1926 году, где имел место призыв: «Никакого спора в партии быть не должно!»
В 1920-1921 годах производились закупки за границей паровозов, и большое количество импортных паровозов обеспечивали товарооборот и передвижение пассажиров в России. С середины 1922 года Госплан начал прорабатывать вопрос об уменьшении закупок паровозов у паровозостроительных фирм Швеции и у других иностранных производителей, и возобновлении производства паровозов в России. По наметкам Госплана, необходимо за два с половиной года, со второй половины 1923 года до конца 1925 года, произвести в России 500 новых паровозов, и подвергнуть капитальному ремонту 1800 паровозов, начавших работу в дореволюционное время. При этом в 1922 году должны быть продолжены закупки паровозов у заграничных фирм. С таким планом не согласился народный комиссариат путей сообщений, и комиссариат настаивал на том, чтобы до 1930 года производить только капитальный ремонт старых паровозов, а возобновить российское производство новых паровозов с 1930 года. Спор между Госпланом и комиссариатом путей сообщений был очень ожесточенным, и для его разрешения было проведено заседание ЦК партии. Большинство в ЦК партии встало на сторону Госплана. Лев Троцкий в этом споре примкнул к комиссариату путей сообщений, и подвергал критике противоположную точку зрения. Активное участие Льва Троцкого в этом споре и его резкие выступления на заседаниях Центрального комитета партии получили такую оценку со стороны В.И.Ленина: «борьба против ЦК в связи с вопросом об НКПС». Так Ленин охарактеризовал участие Троцкого в споре о том, сколько старых паровозов подвергать капитальному ремонту, сколько производить новых паровозов, сколько паровозов закупать за границей, и такая характеристика Троцкого указана в записях под названием «Письмо к съезду», или «Политическое завещание», датированное декабрем 1922 года. Троцкий был в меньшинстве, и он оспаривал правильную точку зрения большинства ЦК, насчет паровозов. Внедрение спора в деятельность ЦК, сеяние сомнений в правильности точки зрения большинства ЦК означает, что Лев Троцкий боролся против ЦК партии. Налицо антипартийная деятельность Троцкого, противопоставившего себя Центральному комитету партии.
В 1923 году состоялся двенадцатый съезд коммунистической партии, и с несколькими докладами выступил И.В.Сталин. В одном из докладов Сталин произнес: «Внутри ЦК за последние 6 лет сложились некоторые навыки и некоторые традиции внутрицековской борьбы, создающие иногда атмосферу не совсем хорошую». Сталин назвал борьбой внутри ЦК выступления Троцкого, выражающие несогласие с точкой зрения большинства. Споры при обсуждении актуальных вопросов представляют собой угрозу для партии.
В 1923 году на двенадцатом съезде компартии на трибуну вышел Лев Борисович Каменев и произнес речь. В его выступлении прозвучали слова о том, что имеется влияние на членов партии со стороны враждебных сил, и это приводит к появлению в партии отдельных личностей, которые возомнили себя «партийными судьями» и зарекомендовали себя как критики партии. Из речи Каменева всем стало понятно, что противодействие враждебным силам заключается в недопущении критики партии.
Теоретическое обоснование ликвидации борьбы мнений имеется в книге В.И.Ленина «Что делать?». Он поведал, что выражение «свобода слова» есть фальшь и обман, что люди, двигающие науку вперед, обязаны не давать старым воззрениям критиковать новые воззрения. Ленин высказался в том смысле, что чем шире свобода мнений и чем больше возможностей имеется для критики каких-либо воззрений, то тем хуже, непродуманней и беспринципнее эти воззрения. Ленин применил термин «эклектичность» по отношению воззрений, подвергаемых критике.
После двенадцатого съезда партии, политику ликвидации споров и борьбы мнений, достижения идейной чистоты партийных рядов, продолжил И.В.Сталин. Он пригвождал к позорному столбу отдельных коммунистов, которые не желали быть в единстве с партийными массами и свое мнение противопоставляли мнению большинства. Так, на четырнадцатом съезде партии Сталин осудил делегацию ленинградской организации за то, что эта «делегация голосовала против съезда, противопоставила себя съезду партии». Ленинградская делегация голосовала «против» по тем пунктам повестки дня, по которым большинство голосовало «за»; она голосовала «за» по тем обсуждаемым вопросам, по которым большинство голосовало «против». Создав противоборство мнений во время голосования, ленинградская делегация подрывала партию, считал Сталин. Линия большинства есть несгибаемый железный стержень, от которого нельзя отойти без того, чтобы не оказать содействие врагам партии.
Противоборство разнообразных мнений внутри партии (или внутри партийного съезда) способно столкнуть в сторону от правильного пути, и тогда партия будет двигаться в ошибочном направлении. Споры способствуют появлению ложного представления; в ходе споров производится подмена истины на ложь; подавление споров укрепляет истину и ослабляет ложь. Чтобы партия не перешла на движение в ошибочном направлении, необходимо избавиться от разноголосицы внутри партии. Идейное единство партийных ряд достигается через ликвидацию двухидейности, трехидейности, четырехидейности, пятиидейности. Споры между членами партии являются помехой для принятия правильного решения. Правильное решение имеет свойство бесспорности. Правильно решение — это решение, возникшее в условиях отсутствия споров. Движение к правильному решению происходит через промежуточный этап устранения споров. Существует только одно правильное решение, и оно выявляется, когда только один человек (а не несколько человек) ищет решение. Несколько человек найдут несколько решений, и несколько решений будет противоречить реальному существованию только одного правильного решения. Леонардо да Винчи: «Где спорят, там нет настоящей науки, ибо истина имеет только одно решение, которое, сделавшись всеобщим достоянием, раз и на всегда прекращает споры; если же споры возобновляются, значит, это — ложное и неясное знание».
В сентябре 1903 года, через два месяца после второго съезда партии, состоялась конференция группы членов партии, которую В.И.Ленин назвал меньшевистской. В работе конференции принимали участие 17 человек: Мартов, Засулич, Потресов, Троцкий, Дейч, Смидович-Леман, Крохмаль и другие. По итогам конференции была принята резолюция, в которой констатировано наличие в руководстве партии «тенденции осадного положения, фиксированная в определенном искусственно подобранном личном составе ЦК, редакции Центрального Органа, и Совета партии, — означает не что иное, как по возможности полное упразднение внутрипартийной идейной борьбы». Так была создана партия нового типа, которая отличалась от партий старого типа (к категории партий старого типа относилась, например, партия, членом которой была Роза Люксембург) тем, что в партию принимались не те, кто стремился к социальным преобразованиям в стране, а исключительно те, кто осознавал недопустимость возникновения внутри партии борьбы мнений, споров относительно способов реализации программы-минимум или программы-максимум. Ликвидация споров внутри партии — первостепенная задача, ликвидация самодержавия и буржуазной власти — второстепенная задача.
Между Р.Люксембург и В.И.Лениным разгорелся диспут о допустимости или недопустимости споров между членами партии, о необходимости или отсутствия необходимости идейного единства партийных рядов, и при обосновании своей позиции Ленин повторил свою аргументацию, примененную им при анализе второго съезда партии: «разделение на большинство и меньшинство есть прямое и неизбежное продолжение того разделения социал-демократии на революционную и оппортунистическую, на Гору и Жиронду, которое не вчера только появилось не в одной только русской рабочей партии и которое, наверное, не завтра исчезнет»(ПСС, т.8, с.330).
Борьба против оппортунизма проявляется в борьбе против тех, кто оказался в меньшинстве при голосовании на партийном съезде. От голосовательного раскола до организационного раскола — один шаг. Партия нового типа отличается от партии старого типа тем, что в партии нового типа наказание к членам партии применяется гораздо чаще, чем в партии старого типа. В результате, идейная борьба внутри партии нового типа подавлена, все голосуют единогласно, а в партии старого типа продолжается существование идейной борьбы.
В работе «Шаг вперед, два шага назад» В.И.Ленин установил, что среди делегатов партийного съезда произошло разделение на две группы: укрепители партии и разрушители партии. Ленин перечислил признаки, по которым можно различить укрепителей и разрушителей: укрепители партии на партийном съезде голосуют также, как проголосовало большинство, а разрушители партии голосуют противоположно тому, как голосует большинство. 10-20% депутатов второго съезда мешали (посредством голосования «против») принятию резолюций, соответствовавших интересам Ленина и пролетариата, и этих депутатов Ленин выставлял в качестве разрушителей партии.
Там победа, где согласие. Некоторые делегаты второго съезда партии голосовали так, как захочется, не заботясь о согласованности при поднятии рук в момент голосования.
В 1919 году проводились выборы в Совет рабочих и крестьянских депутатов Николаевской губернии. Народные массы избрали в Совет 11 меньшевиков и 57 большевиков. На первом заседании Совета был поставлен вопрос о выборе В.И.Ленина на должность почетного председателя Николаевского Совета депутатов. Меньшевики воздержались при голосовании, и большинством голосов В.И.Ленин избран почетным председателем. На том основании, что меньшевики воздержались при голосовании, большевики исключили из Совета всех меньшевиков. Используя иные надуманные предлоги, большевики, являющиеся депутатами Советов, исключили меньшевиков из состава Совета в Одессе, Гомеле, Ростове-на-Дону.
Большевики настойчиво добивались того, что и в партии, и в советах рабочих и крестьянских депутатов не было противников большевиков. Не требовалось больших усилий выявить противников большевиков. В.И.Ленин вполне понятно объяснил, что важнейшая задача состоит в том, чтобы население страны убедить в правильности большевистской тактики и стратегии. Кто препятствовал достижению указанной задачи, — тот идейный противник большевиков.
В.И.Ленин первым среди большевиков осознал великое значение культа личности в деле раздувания авторитета партии и ликвидации споров, умаляющих авторитет партии. На похоронах Свердлова вождь мирового пролетариата произнес проникновенные слова: «Якову Свердлову удалось завоевать такое положение, что в громадном большинстве крупнейших и важнейших организационных и практических вопросов, достаточно было одного его слова, чтобы непререкаемым образом, без всяких совещаний, без всяких формальных голосований, вопрос был решен раз и навсегда, и у всех была полная уверенность в том, что вопрос решен на основании такого практического знания и такого организационного чутья, что не только сотен и тысяч передовых рабочих, но и массы сочтут это решение за окончательное». Этими словами указан ориентир, к которому должны стремиться коммунисты-руководители. Следуя этому завету Ленина, высокопоставленные коммунисты насаждали культ Сталина и способствовали тому, чтобы Сталин действовал так, как на примере Свердлова указывал Ленин: без всяких совещаний, без всяких формальных голосований достаточно было одного слова Сталина для решения любого важнейшего вопроса, причем решение было непререкаемо.
Ленин был вынужден управлять партией и страной в неблагоприятных условиях, когда в состав ЦК партии входили несогласные с Лениным. Сталин решил создать более благоприятные условия для строительства социализма и коммунизма, и Сталин сделал так, чтобы в его окружении не было несогласных с ним. В 1921 году Ленин и Каменев разработал проект новой экономической политики, и проект был внесен на рассмотрение в ЦК. Одновременно с этим Троцкий разработал свой проект новой экономической политики и тоже внес его в ЦК. Троцкий вступил в противоречие с Лениным. Сформировалась опасная ситуация — идейная борьба между двумя проектами. Идейная борьба могла разрушить единство партии и единство рабочего класса. Когда Сталин стал руководителем партии, то он устранил подобную опасность, и устранил тем, что в годы его власти на рассмотрение в ЦК вносился только один проект, направленный на решение актуальных задач. И.В.Сталин организовывал деятельность партии и государства в соответствии с принципом, провозглашенным Леонардо да Винчи: «Где спорят, там нет настоящей науки, ибо истина имеет только одно решение, которое, сделавшись всеобщим достоянием, раз и на всегда прекращает споры; если же споры возобновляются, значит, это – ложное и неясное знание».
В неосуществлении желаемого виноваты враги, и необходимо в душах людей, чьи желания не осуществлены, разжигать злобу и ненависть к врагам. Враги подразделяются на две категории: на тех, кто непосредственно наносит вред, и на тех, кто осмеливается заниматься агитацией и пропагандой взглядов, согласно которым стремящиеся достичь желаемого совершают ошибки и вследствие ошибок не осуществляется желаемое. Указание на ошибки расценивается как оскорбление и унижение, и это требует отмщения.
 
kkamlivДата: Вторник, 11.10.2016, 16:16 | Сообщение # 94
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
Глава 029. Заключение

Фридрих Энгельс: «В естествознании мы достаточно часто встречаемся с теориями, в которых реальные отношения поставлены на голову, в которых отражение принимается за объективную реальность, и которые нуждаются в перевертывании. Такие теории довольно часто господствуют долгое время. Подобный случай представляет нам учение о теплоте, которая почти в течение двух столетий рассматривалась как особая таинственная материя, а не как форма движения обыкновенной материи; только механическая теория теплоты произвела здесь необходимое перевертывание»(«Диалектика природы»).
В начале пятой главы книги «Материализм и эмпириокритицизм» В.И. Ленин указал цель своего философского сочинения: «Разбирая вопрос о связи одной школы новейших физиков с возрождением философского идеализма, мы далеки от мысли касаться специальных учений физики. Нас интересуют исключительно гносеологические выводы из некоторых определенных положений и общеизвестных открытий».
Возрождающийся философский идеализм сделал гносеологические выводы, и один из выводов состоял в том, что теории принимались за объективную реальность, до кризиса в науке («…в философском отношении суть «кризиса современной физики» состоит в том, что старая физика видела в своих теориях реальное познание материального мира…» — В.И.Ленин, ПСС, т.18, с.271), а в разгар кризиса произошла переоценка ценностей: теории считались поставленными на голову и нуждающимися в перевертывании. Возрождение философского идеализма привело к тому, что многие ученые согласились с высказыванием Фридриха Энгельса (многие ученые перенесли точку зрения, относящуюся к прошлому и высказанную Энгельсом, на настоящее время). Также к возрождению философского идеализма привело отрицательное отношение к спекулятивному мышлению Карла Маркса, и многие естествоиспытатели по примеру Маркса отрицательно относились к продуктам человеческого ума.
Николай Коперник, Джордано Бруно, Галилео Галилей, Джордж Беркли говорили: объективная реальность во многих случаях является не реальностью, а мыслью, ошибочно принимаемой за объективную реальность. Фридрих Энгельс фактически повторил эти слова, когда сказал о недопустимости принимать отражение за объективную реальность, отражение приравнивать к отражаемому. Об этом же говорили Эрнст Мах и другие эмпириокритики, и такое критическое, номиналистическое отношение к отражению и к мышлению стало именоваться кризисом в науке.
17 августа 1884 года Карл Маркс написал письмо, адресованное Лиону Филипсу, и в письме были упомянуты «отвратительные физико-метафизические бредни, вроде «скрытой теплоты» (не хуже «невидимого света»), электрического «флюида» и тому подобных средств, служащих для того, чтобы вовремя вставить словечко там, где не хватает мыслей».
В конце девятнадцатого века естествоиспытатели считали многие теории бреднями, поскольку в теориях не хватало мыслей, соответствующих действительности, и нехватка истинных мыслей компенсировалась пустопорожними словечками. Высказывания Маркса о словечках без мысли и о физико-метафизических бреднях имели то последствие, что эти высказывания (или аналогичные высказывания) прикладывались к многим естественнонаучным теориям, в эпоху кризиса в науке.
В.И.Ленин отказывался признать правильность концепции о четвертом измерении пространства. Такую концепцию Ленин называл бессодержательной нелепостью, нереальной фальшью, больной фантазией. В те годы, когда В.И.Ленин писал свои философские книги, многие ученые относились к большинству естественнонаучных теорий как к нелепости, фантазии. Многие ученые брали пример с Ленина, и в этом заключалась основная причина кризиса в науке.
Владимир Иванович Вернадский не использовал такой термин, как кризис в науке. Однако Вернадский обнаружил, что старая физика видела в своих теориях реальное познание материального мира, и сам Вернадский отказался видеть в старых физических теориях реальное познание; он относился к старой физике как к условным символам, и это означает, то терминологии Ленина, что Вернадский скатился к идеализму и эмпириокритицизму, и вогнал науку в кризис. В статье «Из записок по польскому вопросу» В.И.Вернадский изложил свой антиленинский (в том смысле, что Вернадский действовал против антикризисных устремлений Ленина и провоцировал кризис в науке) взгляд на старую физику: «История научной мысли меня интересовала уже давно; я к ней подошел, когда пытался ориентироваться в понимании научных основ своего мировоззрения. В 1890-х годах, когда я углубился в самостоятельную работу над кристаллографией и минералогией и стал проверять основные принципы этих наук, я убедился в чрезвычайной сомнительности многих господствующих воззрений и необходимости проверки принятого на веру».
Вернадский выражал идеалистическое понимание научного кризиса, Ленин выражал материалистическое (т.е. анти-номиналистическое) понимание кризиса.
Кризис в науке, имевший место в конце девятнадцатого века и начале двадцатого века, заключался в отказе (подобно Копернику и других первооткрывателей) многих естествоиспытателей видеть в теориях реальное познание материального мира. Многие естествоиспытатели не принимали теории (которые улавливают лишь обманчивую видимость вещей©) за верное отражение окружающего мира. Действительный мир нужно понимать не таким, каким он сам себя дает каждому и каждым изображается в теориях.
Г.В.Плеханов сообщил об опасности, угрожающей диалектическому материализму: некоторые недальновидные мечтатели, неправильно понявшие кризис в науке, пытаются приставить идеалистическую голову к диалектическому материализму. Какую голову пытались приставить к материализму и тем самым сделать более длительным кризис в науке?
Абстракции внутри себя имеют изображение того, что окружает людей, и изображенное в абстракциях считается людьми реально существующим. Каким знают окружающий мир люди, определяется не миром, а ощущениями и абстракциями, проверенными практическим критерием истинности. Философский идеализм навязывал точку зрения о том, что мышление вталкивает в абстрактное изображение свое содержание, зачастую мнимое содержание. Мышление примешивает свое искажающее содержание к содержанию объекта, и познание объекта завершается исковерканным неадекватным результатом. Поэтому опасно и недопустимо принимать результат познания за объективную реальность.
«Крупные естествоиспытатели часто беспомощны в своих философских выводах и обобщениях; естествознание прогрессирует так быстро, переживает период такой глубокой революционной ломки во всех областях, что без философских выводов естествознанию не обойтись ни в коем случае». В.И.Ленин имел ввиду, что философия имеет возможность навязать естествоиспытателям убежденность в том, что практический критерий истинности имеет величайшее философское значение, заключающееся в способности опровергнуть мнение о невозможности отсечь нечто неистинное от истинного изображения окружающего мира. Перевоспитанные естествоиспытатели поймут, что практический критерий истинности не имеет относительного характера. К тому же, Ленин считал достаточным для доверия к изображениям окружающего мира, когда практический критерий истинности прилагается именно к первой структурной части естественнонаучной теории. Философский идеализм настаивает на относительном характере (влекущим недоверие) практического критерия, даже когда им проверяется не только первая структурная часть теории, а еще и третья структурная часть теории.
Возрождающийся философский идеализм требовал, чтобы сначала мышление вырабатывало понятие о предмете, и чтобы с понятием-мерилом сообразовывался более позже становящийся известным предмет.
В начале двадцатого века некоторые исследователи пытались приставить к материализму идеалистическую голову, но Плеханов и Ленин воспротивились этому. Учение Плеханова и Ленина пришло в упадок, и поэтому имеет смысл в начале двадцать первого века во второй раз попытаться приставить к материализму идеалистическую голову.
Плеханов и Ленин сообща обнаружили, что идеологическое положение партии находится под угрозой, поскольку Богданов, Базаров, Юшкевич и некоторые другие члены партии исповедовали махизм или эмпириокритицизм (состоявшими в отдаленном родстве с философскими построениями идеалистов Беркли и Канта), и это бросает тень на всю партию, взятую в целом (тень легла на партию потому, что на протяжении восемнадцатого и девятнадцатого веков легион философов доказывали ошибочность и бессмысленность взглядов Беркли и Канта). Чтобы улучшить положение партии, нужно было доказать, что Богданов и его кампания представляют собой всего лишь закономерно распадающуюся философскую секту внутри партии. Плеханов и Ленин разработали философию, на фоне которой русские эмпириокритики-махисты выглядели как малочисленные отщепенцы, по неразумию отклонившиеся от генеральной линии партии по вопросам философии и исторической социологии. Генеральная линия партии находилась в зависимости от двухвековой критики взглядов Беркли и Канта. Но кем были Беркли и Кант? Они были номиналистами; на протяжении восемнадцатого и девятнадцатого веков против этих номиналистов вели философскую борьбу сотни анти-номиналистов. Генеральная линия партии, руководимой Лениным и Плехановым, уклонялась в сторону анти-номинализма и чрезвычайно близкой к анти-номинализму метафизики.

Верно ли мы поступаем, размышлял Гельмгольц, когда, излагая добытый научный результат, рассказываем лишь о пути, который привел к истине, но опускаем описание предшествующих тупиковых линии, ошибки, зигзаги и отступления? Гельмгольц склоняется к тому, что вместе с правильной дорогой следовало бы описать и блуждания, которые так хорошо видны с высоты достигнутого знания.
Некоторые философы, в том числе Гегель и Игнатович, указывали на необходимость одновременного преподавания онтологии и гносеологии — преподавание взглядов на природные явления должно сопровождаться повествованием об исследовательской деятельности, приведшей к пониманию природных явлений и формированию нынешних взглядов на природу. По сути дела, настоящая брошюра «Теория познания? Это очень просто!» представляет собой стремление к реализации указанной доктрины — в брошюре рассказывается и о том, каково понимание природных явлений, и о том, какие препятствия вынуждены были преодолевать исследователи в ходе выковывания понимания, какие споры возникали в научной среде. Есть правильное понимание вещей, и есть неправильное понимание вещей. В этом вопросе споров нет, но есть споры в другом вопросе: каким способом можно отличить правильное понимание от неправильного понимания? Споры, проблемы, затруднения, зарождающиеся в процессе исследовательской деятельности, объяснялись В.И.Лениным посредством указания на заговор, учиненный сторонниками религиозного мировоззрения и мракобесами других разновидностей. Теория заговоров — один из элементов ленинской теории познания.
Теория познания Канта и Маха отличается от теории познания Гегеля, и это объясняется тем, что Гегель пытался честно рассказать о познании и развитии науки, о связи между развитием природы и развитием науки, но Мах при молчаливой поддержке Канта организовал заговор против Гегеля и ради интересов поповщины исказили написанное Гегелем, коварно создав превратное представление о подлинном развитии науки. В лживом описании развития науки, состряпанного Махом, указывалось на независимость развития науки от развития природы.
С чего нужно начинать теоретическую подготовку к научным исследованиям — с изучения типичных ошибок, совершенных предыдущими поколениями естествоиспытателей, или с изучения философских книг, со страниц которых веет уверенностью в безошибочности процесса изучения природы? Ленин был убежден, что заговор мракобесов и обскурантистов так или иначе основывался на изучении типичных ошибок.

В «Материализме и эмпириокритицизме», на первой странице книги, В.И.Ленин «поставил себе задачей разыскать, на чем свихнулись люди, преподносящие…нечто невероятно сбивчивое, путаное и реакционное». У каждого желающего имеется возможность повторить подвиг Ленина, и указать на сбивчивое, свихнутое, путаное и реакционное в брошюре «Теория познания? Это очень просто!».
В первом номере журнала «Под знаменем марксизма» за 1938 год напечатана статья философа А.А. Максимова «О философских воззрениях академика Миткевича и путях развития советской физики». В следующем номере журнала опубликован ответ физика В.А.Фока, и в ответе с заголовком «К дискуссиям по вопросам физики» имеется такая фраза: «Неужели Максимову не ясно, — если под флагом материализма преподносится вздор, то это на руку врагам материализма?»

Конец брошюры «Теория познания? Это очень просто!»
 
Форум » Флудилка » Общаемся на разные темы » Философские рассуждения ((Теория познания - это просто, отделяя демагогию и клевету))
Страница 10 из 10«128910
Поиск:

Copyright MyCorp © 2016
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz