Философские рассуждения - Форум
Добро пожаловать!!!
Философские рассуждения - Форум
Translate

Меню сайта

Мини профиль
  


Новые сообщения

Сегодня заходили
admin

счетчик






Друзья сайта

Мини-чат

Прогноз погоды

Приветствую Вас, Гость · RSS 10.12.2016, 13:55

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 10123910»
Модератор форума: светик, Mari 
Форум » Флудилка » Общаемся на разные темы » Философские рассуждения ((Теория познания - это просто, отделяя демагогию и клевету))
Философские рассуждения
kkamlivДата: Вторник, 27.09.2016, 15:10 | Сообщение # 1
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
Теория познания ? Это очень просто !

Эпиграф
В 1970-е годы сдавали экзамены одной экзаменационной комиссии три студента-медика, обучающихся на последнем курсе: американец, немец, и советский студент. Первым вызывают американского студента, показывают ему два скелета, и спрашивают:
— Что о них Вы можете сказать?
Американский студент ответил, что слева скелет мужчины 60 лет, имевший перелом бедра, а справа скелет мужчины 45 лет, имевший на одну пару ребер больше, чем у большинства людей, и перенесший черепно-мозговую травму.
Экзаменаторы поставили студенту пятерку, вызвали немецкого студента, и задали тот же вопрос.
Немецкий студент ответил, что слева скелет мужчины 60 лет, имевший перелом бедра и недоразвитые пяточные кости, а справа скелет мужчины 45 лет, имевший на одну пару ребер больше, чем у большинства людей, перенесший черепно-мозговую травму, и умерший от необратимого нарушения обмена веществ.
Экзаменаторы поставили студенту пятерку, вызвали советского студента-медика, и задали тот же вопрос. В ответ — молчание.
Экзаменаторы говорят:
— Ну, поглядите внимательно на скелеты. Неужели Вам нечего сказать?
Советский студент продолжает молчать.
Экзаменаторы обращаются к студенту:
— Постарайтесь вспомнить, о чем рассказывали на лекциях!
— Господи, неужели это Карл Маркс и Фридрих Энгельс?

Глава 1. Рецептурная реальность

В Древнем мире многие люди страдали от болезни, в настоящее время называемой цингой, при которой кровеносные капилляры становятся ломкими и под кожей появляются обширные синяки, десны кровоточат, зубы выпадают, раны заживают с трудом, если вообще заживают, у человека нарастает слабость, и в конце концов он умирает. Особенно часто эта болезнь возникала у жителей городов, находящихся в осаде, во времена войн и стихийных бедствий, и у мореплавателей, совершавших долгие путешествия по океану. Корабли, отправляющиеся в долгое плавание, загружали таким провиантом, который не испортился бы в пути. Обычно это были сухари и просоленное мясо. В результате цинга долгое время была бичом для мореплавателей; от нее погибало моряков больше, чем, например, в сражениях или от кораблекрушений. По оценкам историков, за несколько столетий от цинги погибло больше моряков, чем в кораблекрушениях и военных баталиях, а также по всем иным вместе взятым причинам (другие болезни, зверства пиратов и так далее).
В 1536 году французский землепроходец Жак Картье был вынужден остаться на зиму в Канаде, где около 100 человек из его отряда заболели цингой. Местные индейцы, узнав об этом, сообщили о спасительном средстве: вода, настоянная на сосновой хвое. Люди из отряда Картье, будучи в полном отчаянии, последовали этому, на их взгляд, несерьезному совету, и выздоровели.
Два века спустя, в 1747 году, английский врач Джеймс Линд лечил различными средствами моряков, заболевших цингой, и он выявил, что наилучшим средством от цинги являются лимоны, апельсины, лаймы.
В очередном плавании по морям и океанам под руководством знаменитого английского путешественника Джеймса Кука, продолжавшимся с 1772 по 1775 годы, эта болезнь не проявила себя. Перед выходом в море в трюмы были загружены бочки с лимонами, морковью, квашеной капустой. Употребление в пищу этих продуктов, а также пророщенных зерен пшеницы, ржи, ячменя, избавило моряков от цинги. В более позднее время к этим профилактическим продуктам питания для мореплавателей прибавились сушеная смородина и квашеная клюква.
Высшие офицерские чины британского военно-морского флота в 1795 году воспользовались результатами врачебных экспериментов Линда и профилактических методов Кука, и включили в ежедневный матросский паек сок лайма. Благодаря соку лайма британский военно-морской флот навсегда забыл, что такое цинга. (С тех пор английских матросов стали величать лайми, а прилегающий к Темзе район Лондона, где прежде хранили коробки с лаймами, до сих пор носит название Лаймхауз.)
Несмотря на то, что способы лечения цинги были найдены, многие медики XIX века отказывались верить тому, что заболевания можно лечить с помощью диеты; их недоверие особенно возросло после того, как английский ученый Луи Пастер выдвинул теорию, согласно которой причиной цинги являлись микробы.
Голландского врача Христиана Эйкмана в 1889 году послали исследовать болезнь бери-бери в бывшие в то время голландской колонией остров Ява и другие острова Вест-Индии (ныне территория Индонезии), поскольку они являлись эпидемическим районом этого заболевания. У больных немели руки и ноги из-за воспаления периферических нервов, возникали выраженные болевые ощущения, расстраивалась походка. У больного будто цепями скованы ноги. С этим связано и название болезни «бери–бери», что означает «оковы». При тяжелой форме заболевания нарушается деятельность сердца, наступает паралич конечностей. Вначале Эйкман посчитал, что бери-бери — заболевание, вызываемое микробами, и, чтобы попытаться найти возбудителей этой болезни, использовал в качестве подопытных животных цыплят. По счастливой случайности человек, который следил за птицей, оказался нечист на руку. Почти всех цыплят разбил паралич, от которого большинство из них погибли, но те, которые остались живы, через четыре месяца пришли в себя и выздоровели. Эйкман, озабоченный тем, что его попытка обнаружить возбудителей болезни оказалась неудачной, поинтересовался, чем кормили цыплят, и обнаружил, что первый помощник, отвечавший за их содержание, экономил на пище: цыплят кормили остатками пищи из местного военного госпиталя — то есть преимущественно очищенным рисом. Когда же через несколько месяцев Эйкман нанял другого помощника, тот положил конец мелкому жульничеству и стал кормить цыплят тем, чем и положено по условиям эксперимента, — неочищенным рисовым зерном, благодаря чему цыплята и выздоровели. Эйкман начал следующую серию экспериментов. Он заметил, что у сидящих в клетках кур, которых кормили очищенным от отрубей рисом, проявлялись признаки бери–бери: судороги сводили им шею и ноги. Многие из них в конце концов гибли. Болезнь отступала, когда больных кур начинали кормить неочищенным рисом. Куры же, свободно разгуливающие по двору, не заболевали, поскольку они находили себе самую разнообразную пищу. Эйкман решил, что полиневрит, которым страдали куры, по симптомам очень похож на болезнь бери-бери, поражающую людей. Может быть, и у человека бери-бери возникает оттого, что он потребляет в пищу шлифованный рис? Рис, предназначенный для питания, шлифуют для того, чтобы он лучше хранился. Дело в том, что в рисовой шелухе содержится масло, которое быстро портится и придают зернам горький вкус. В эксперименте было обнаружено, что наличие шелухи на зернах риса, употребляемых в пищу, предотвращает появление бери-бери, а рис без шелухи, весьма вероятно, приводит к болезни. С 1896 года больных, страдающих от заболевания бери-бери, Эйкман излечивал при помощи свежих рисовых отрубей. Эйкман и Геррит Грине, который с ним вместе работал, попробовали выяснить, что же такое содержится в рисовой шелухе, что предотвращает заболевание. Им удалось экстрагировать водой это вещество из отрубей, после чего они обнаружили, что оно проникает через пористую перегородку, сквозь которую не проходят белки. Значит, молекулы вещества, поисками которого они занимались, должны быть небольшими. На этом исследовательские возможности Эйкмана были исчерпаны, и ему так и не удалось идентифицировать вещество, предохраняющее от бери-бери.
Биохимик из Англии Фредерик Хопкинс в 1906 году показал, насколько важно для здоровья наличие в рационе аминокислот. Впоследствии он провел серию экспериментов, в результате которых был сделан вывод: в молочном белке, а также в дрожжах, содержится нечто, похожее на аминокислоты, и оно при добавлении в рацион обеспечивает сохранение здоровья и предотвращает болезнь бери-бери. Это «нечто» хорошо растворялось в воде. Перед научным миром встала задача: выделить в чистом виде эти жизненно необходимые вещества.
В 1911 году английский биохимик, поляк по происхождению, Казимир Функ выделил из дрожжей и из рисовых отрубей желтые кристаллы, ничтожное количество которых излечивало голубей от болезни, сходной с бери-бери. Функ высказал предположение, что бери-бери, цинга, пеллагра, рахит, — все эти заболевания возникают из-за нехватки в организме некоторых малоизвестных веществ. Предположение ученого оказалось верным, — все указанные заболевания действительно возникают при дефиците определенных веществ, содержащихся в пище в небольших количествах.
Когда Казимир Функ исследовал цвет кристаллов, их прочность и удельный вес, то в этот момент времени кристаллы были изолированы от своих последствий — предотвращения болезни бери-бери или других болезней. Важнейший этап исследования причины — это этап, на котором причина не вызывает следствие.
В 1913 году два американских биохимика, Элмер Макколам и Маргарита Дэйвис, дали название веществу, выделенному Функом, - водорастворимый фактор В. Эти исследователи обнаружили другой фактор, который в незначительных количествах содержался в сливочном масле. Это вещество плохо растворялось в воде, но хорошо в жирах. Оно именовалось жирорастворимым фактором А. Продукты, богатые фактором А, обладали желтой или оранжевой окраской (сливочное масло, яичный желток, морковь, рыбий жир и т. д.). В 1919 году Макколам и его ассистенты обнаружили, что жир печени трески препятствует развитию заболевания костей — рахита. Они решили, что этот антирахитический фактор является разновидностью фактора В.
В 1920 году английский биохимик Джек Сесил Драммонд изменил названия, и факторы стали называться витаминами — витамин А и витамин В. Он также предположил, что фактор, препятствующий возникновению цинги, отличается от этих витаминов, успешных в преодолении бери-бери и рахита, и заранее дал ему имя — витамин С.
Витамины скрывались от зрения, обоняния, осязания Эйкмана, не воздействовали на органы чувств Эйкмана, но Функ, Макколам, Дэйвис поставил витамины в такие условия, что Функ, Макколам, Дэйвис смогли своими органами чувств воспринимать витамины.
Примерно к 1930 году стало ясно, что витамин В — это не одно вещество, а целая группа соединений, различающихся по своим свойствам. Витамином В2 назвали тот фактор, который эффективен при лечении болезни бери-бери. Витамин В1 имеет антирахитичный эффект (этот витамин на первых порах выделяли из рисовой шелухи, и из печени трески). В 1936 году К. Функ расшифровал структуру витамина В1 и разработал метод его промышленного синтезирования.
Из вытяжки печени химики в 1948 году получили красные кристаллы, содержащие кобальт. Новое вещество назвали витамином В12. Ученые установили, что витамин В12, так же как и некоторые другие витамины, образуется бактериями в почве, прудах, болотах. Из почвы витамин В12 попадает с кормом в желудок и кишечник животного. Избыток витамина В12 откладывается в печени. Этот витамин полезен при лечении злокачественной формы малокровия.
Исследователи, занимавшиеся витамином С, столкнулись с проблемами — оказалось трудным найти экспериментальных животных, которые бы не вырабатывали свой собственный витамин С. Большинство млекопитающих, за исключением человека и других приматов, обладают способностью синтезировать этот витамин внутри организма. Требовались недорогие подопытные животные, на которых можно было бы создать модель цинги, чтобы затем, скармливая им различные фракции, получаемые из сока цитрусовых, узнать, в которой из них содержится витамин С. В 1918 году американские биохимики Б. Коэн и Л. Мендель наконец нашли таких экспериментальных животных, обнаружив, что морские свинки не могут синтезировать собственный витамин С. В 1922 году советский ученый Бессонов выделил витамин С в сухом виде. Более тщательные опыты с витамином С проводились в США. В 1928 году Альберт Сент-Дьерди, американский врач и биохимик венгерского происхождения, который в то время работал в Кембриджском университете, в лаборатории Хопкинса, выделил из коры надпочечников быка чуть меньше грамма кристаллического вещества. В этом веществе, которое составляло лишь около 0,03 % массы исходной ткани, сначала не узнали витамин C. Сент-Дьерди думал, что выделил новый гормон со структурой сахара. Выделенное вещество было достаточно чистым, чтобы химический анализ мог точно установить наличие в его молекуле шести атомов углерода (C6H8O6). Число шесть на латыни звучит как гексо, и новое вещество было переименовано в гексуроновую кислоту. Через четыре года было показано, что гексуроновая кислота и витамин С — одно и то же вещество. В те же годы удалось получить витамин С из капусты, перца, лимонов.
Теория, в которой в 1911 году появился термин «водорастворимый фактор В», впоследствии замененный на термин «витамин», до 1911 года представляла собой теорию, в силах только описать поверхностные особенности витаминов, но не способную дать объяснение внутренней структуры витаминов.
На первом плане научного исследования стоит задача — описать предмет, выразить его в точных понятиях, выяснить совокупность его при¬знаков, отграничить его от смежных предметов и явлений, расчленить сложный и смутный ком¬плекс на его отдельные, простейшие по составу элементы, найденные элементы сопоставить с известными элементами, выявить функцию каждого элемента, разграничить случайные и существенные свойства. Помимо точного учета всех компонентов изучаемого явления, требуется еще и техническая изоляция, выключения изучаемого комплекса из всех по возможности связей и взаимодей¬ствий с окружающей обстановкой, а также изоляция каждого элемента от других элементов. Эксперимент должен обеспечить расчленение, разложение, отграни¬чение, субординацию, дефиницию. В опыте участвуют факторы, которые ввел сам экспериментатор, а также не учтенные экспериментатором факторы. При подведении итогов экспериментов исследователь делает заключения о причинной связи между наступлением какого-нибудь явления и тем фак¬тором, который он по своему усмотрению и выбо¬ру (т.е. наугад) вводит в состав элементов опыта или исклю-чает из него. Исследователь должен отдавать себе отчет в том, что связи явления, кото¬рые не укладывались в точно отграниченные и определенные рамки эксперимента, и также зависимость изучаемого явления от иного явления наверняка ускользали от внимания, и не могли быть выяснены и дове¬дены до сознания.

Несколько тысячелетия назад древние врачи знали о способности ивовой коры снимать боли и облегчать страдания. И египтяне, и североамериканские индейцы использовали один и тот же рецепт для устранения болевых ощущений. Они заливали кипятком очищенную ивовую кору и настаивали в течение суток. Не мог обойти спасительные свойства ивы и древнегреческий врач Гиппократ: в V столетии до нашей эры он рекомендовал применять вытяжку из коры ивы для снятия высокой температуры или болезненности, облегчения лихорадочного состояния. Известные ученые древности Диоскорид и Авиценна (Абу Али Ибн Сина) также описали особенности лекарственного применения коры, сока и плодов этого дерева.
При сильных поражениях кожи целители советовали посыпать раны порошком из ивовой коры. Отвар ивовой коры применялся для полоскания рта и горла при воспалительных заболеваниях, и для изгнания глистов. Однако для употребления внутрь целебного настоя требовалась немалая сила воли, потому что нелегко было сразу не выплюнуть эту невероятную горечь. Но даже если удавалось проглотить снадобье, впоследствии могла возникнуть рвота. Несмотря на горький вкус, настой из ивовой коры оставался самым распространенным обезболивающим средством плоть до XIX века, пока в 1853 году искусственный аналог сока ивы не синтезировал немецкий химик Ш.Герхард; горький вкус аналога лишь ненамного уступал горечи натурального сока. В 1859 году немецкий химик Г. Кольбе разработал иные методы синтеза из фенола натрия (или фенолов других металлов) и угольного ангидрида, и новые лекарства имели слабый горький вкус. Швейцарец И. Пагенштехер выделил аналог сока ивы из цветов таволги, и от латинского названия этого растения полученное им вещество получило название спираевой кислоты. Другие аналоги назывались ортооксибензойная кислота, гаултеровое масло. В 1897 году Феликсу Хоффману удалось разработать технологию синтеза (через несколько лет получившую широкое распространение в промышленности) аналога, полностью лишенного горького вкуса. В 1980 году американский фармацевт Дж.Вейн определил, что сок ивы и его искусственные и естественные аналоги воздействуют на части головного мозга, называемые гипофизом и гипоталамусом, и они изменяют обмен веществ в организме, уменьшая температуру тела. Кроме того, в соединительной ткани происходит замедление синтеза вещества «циклооксигеназа», что уменьшает воспалительные процессы и притупляет боль. В 1908 году, когда В.И.Ленин начал писать рукопись философско-гносеологической книги «Материализм и эмпириокритицизм», не было известно о воздействии на циклооксигеназу, гипофиз, гипоталамус, и фармакологи пребывали в неведении относительно внутреннего механизма лечебного эффекта, хотя производство и продажа ортооксибензойной кислоты, спираевой кислоты, гаултерового масла и пр. имело значительные масштабы — десятки тонн в год.
Вейн поставил сок ивы в такие условия, при которых сок ивы не приводил к последствиям (не замедлял обмен веществ), и при таких условиях производилось исследование сока ивы. Важнейший этап исследования причины — это этап, на котором причина не вызывает следствие.

«Что ставила новая философия в упрек физико-химическим и математическим наукам? Что они — произвольный символ, созданный для практических потребностей, но не познания; физико-химические науки позволяют нам действовать, но не знать»(высказывание французского ученого Абеля Рея цитируется по книге В.И.Ленина «Философские тетради», пятое издание полного собрания сочинений, т.29, с.500). «Физико-химические науки находятся в кризисе, который оставляет за ними исключительно ценность технически полезных советов, но отнимает у них значение с точки зрения познания природы. Наука может дать лишь практические рецепты, а не действительное знание»(слова Абеля Рея цитируются по книге В.И.Ленина «Материализм и эмпириокритицизм», ПСС пятого издания, т.18, с.270).
Если суждения Абеля Рея применить к знанию о витаминах или спираевой кислоте на тот момент времени, когда В.И.Ленин писал книгу «Материализм и эмпириокритицизм», на 1908 год, то получится следующее. Врачи обнаружили признаки болезней и процессов, и врачи не видели причин этих болезней и процессов. Поэтому врачи говорили о существовании невидимых сил, которые воздействуют на людей (сила, вызывающая цингу, сила, предотвращающая цингу, жаропонижающая сила). При помощи слова «сила» врачи обозначали реальное существование невидимой, еще неизвестной сущности. Методом проб и ошибок врачи подбирали средства, предотвращающие или излечивающие заболевания (для предотвращения цинги давали цитрусовые соки, добивались промышленного производства спираевой кислоты). Врачи располагали практически-полезными рецептами и советами, которые позволяли правильно действовать. Рецепты имели большую практическую ценность, но при этом врачи не могли объяснить, каким образом свежие продукты питания, спираевая кислота приводили к положительному эффекту. Врачи могли воздействовать на здоровье людей, но врачи не знали, как происходит воздействие. Таким образом, в 1908 году знание относительно витаминов, спираевой кислоты находилось в таком состоянии, что суждения Абеля Рея нужно признать адекватными. В некоторые периоды времени почти каждая современная теория находилась в таком состоянии, когда не был известен внутренний механизм, и при этом имелись рецепты, позволяющие применять природные явления с пользой для дела. Такое первоначальное состояние теории можно назвать «рецептурным знанием».
Основным компонентом рецептурного знания является знание о временной последовательности событий, полезной в практической деятельности. В рецептурном знании отсутствует подробное объяснение причины полезности.
В желудочном соке присутствует соляная кислота, способная растворять мясо. Вне желудка, в колбе без желудочного сока, растворение мяса соляной кислотой происходит за сутки при кипячении (т.е. при 100 градусах) в 20-процентном растворе соляной кислоты. Но в желудке мясо растворяется всего за несколько часов при температуре 36,6 градусов, а концентрация кислоты меньше 1%. В восемнадцатом веке проводились исследования, состоящие в том, что птицам и собакам вводились в желудок полые разборные металлические шары с отверстиями, внутрь которых вставлялись сухие губки. За короткое время губки пропитывались желудочным соком, шары за нитки извлекались из желудка, из шаров извлекались и отжимались губки, и таким образом добывался желудочный сок. В естественном желудочном соке, помещенном в колбу, происходило быстрое растворение мыса. Сравнение скорости растворения мяса в чистой соляной кислоте и в желудочном соке навело на мысль, что ускоренное растворение мяса вызвано пока неизвестными катализаторами. В 1926 году установлено, какое вещество выполняет функцию катализатора. Сотрудник Корнельского университета Джеймс Самнер впервые получил очищенный пищеварительный фермент в кристаллическом виде. Это была уреаза, выделенная из семян канавалии (тропическая лиана, семейство бобовых). Самнер обнаружил, что кристаллы уреазы целиком состоят из белка. В 30-е годы Джон Нортроп и его сотрудники получили в кристаллическом виде пепсин (пепсин участвует как катализатор в переваривании белковой пищи) и установили, что этот фермент тоже представляют собой белок. До 1926 года теория, относящаяся к ускоренному перевариванию мяса, имела статус описывающей внешние проявления ускоренного переваривания мяса, но не объясняющей внутреннюю структуру белковых катализаторов. В 1908 году врачи обладали рецептурным знанием, позволяющим нормализовать пищеварение у пациентов с замедленным перевариванием пищи, но при этом врачи не знали, что представляют из себя желудочные катализаторы.
Когда уреаза и пепсин были выделены в кристаллическом виде, и в таком виде подвергались исследованию, то они были изолированы от своих последствий (ускоренного переваривания мяса). Важнейший этап исследования причины — это этап, на котором причина не вызывает следствие.
В период с 1840 года по 1886 год были открыты химические элементы: иттрий, лантан, эрбий, тербий, празеодим, неодим, самарий, диспрозий, гольмий, тулий. Эти элементы имели одинаковую валентность, при атомном весе, отличающимся на одну единицу. Объяснение того, почему у элементов сохраняются очень сходные химические свойства в условиях различного атомного веса, появилось только в 1925 году. В 1908 году химики могли давать рецепты по поводу использования этих химических элементов, но химики не обладали знанием о причинах поразительного сходства, которое не наблюдалось у других химических элементах (у других валентность сильно изменялась, когда сравнивались химические элементы с атомным весом, отличающимся на 1 или 2 единицы).
В первую половину девятнадцатого века физики начали систематически измерять теплоемкость твердых тел. Оказалось, что алмаз, графит, бор и кремний обладают свойствами, резко выделяющих его среди множества других твердых тел — их теплоемкость не постоянна, а увеличивается при нагревании. Другие вещества не увеличивали свою теплоемкость при нагревании. Хотя учеными прилагались усилия к исследованиям указанных веществ, необычное свойство остались без объяснения. До начала работы В.И.Ленина над первыми страницами рукописи «Материализма и эмпириокритицизма» никто из ученых не смог придумать объяснение для физического явления — рост теплоемкости при нагревании алмаза, графита, бора, кремния. Физика и химия давали рецепты по использованию алмазов, графита, бора, кремния, и описывали свойство изменения теплоемкости, но свойство оставалось без объяснения в 1908 году. Паули и Ферми нашли объяснение, но это произошло приблизительно через пятнадцать лет после выхода в свет книги «Материализм и эмпириокритицизм».
В 1895 году произошло открытие рентгеновских лучей. Естествоиспытатели согласились с тем, что они подобны волнам света. Однако у рентгеновских лучей не удалось экспериментально обнаружить свойства, присущие свету — отражение, преломление. Этому было дано такое объяснение: рентгеновские лучи в обширных пределах изменяют длину своей электромагнитной волны, и длина волны то увеличивается, то уменьшается; после отражения, преломления, дифракции рентгеновский луч становится настолько широким, что он выходит за пределы обычных научных приборов, определяющих отражение и преломление. Некоторые естествоиспытатели трактовали эксперименты как свидетельство отсутствия у рентгеновских лучей способности к отражению, преломлению, интерференции. В 1912 году появилось новое объяснение. Арнольд Зоммерфельд и Макс Лауэ провели опыты, в которых при помощи большого количества свинцовых пластин с отверстиями был сформирован очень узкий рентгеновский луч, попадавший на кристалл поваренной соли. За кристаллом находилась фотобумага, на которой после окончания опыта обнаружено темное пятно, оставленное узким лучом, и большое количество маленьких пятнышек от лучей, отраженных от молекул соли (проходя через кристалл поваренной соли, рентгеновский луч, в обычных условиях невидимый для глаз, превращается в несколько десятков лучей, оставляющих многочисленные темные следы на белой фотобумаге, и следы видимы для глаз). Расстояния между пятнышками позволили рассчитать длину волны рентгеновских лучей, соответствующую тысячной доле фиолетового цвета световых лучей (ранее не было известно о чрезвычайно короткой длине волны, и измерительная аппаратура была рассчитана под более длинную длину волны, что повлекло необнаружение ожидаемых эффектов). При этом длина волны не изменялась. В 1908 году для объяснения характера рентгеновских лучей применялись ошибочные истолкования, согласно которым рентгеновский лучи вообще не совершают интерференцию, или в ходе интерференции происходит значительное изменение длины волны рентгеновских лучей. До 1908 года врачи и физики тысячи раз воспользовались рецептурным знанием — физики делали рентгеновские снимки, позволившим увидеть находящееся внутри тела, и работа врачевателей облегчалась. Абель Рей (цитаты которого году были включены в книгу «Материализм и эмпириокритицизм» в 1908 году) был прав, когда сказал, что физика позволяет правильно действовать, и что ошибочное знание о сущности природных явлений не является помехой для совершения правильных действий.
"Подобно натурфилософии, — написал Фридрих Энгельс в своей работе "Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии", — философия истории, права, религии и т. д. состояла в том, что место действительной связи, которую следует обнаруживать в событиях, занимала связь, измышленная философами»(Соч., т.21, с.371). Физики не имели возможности в 1908 году установить действительную длину волны рентгеновских лучей, и физики стали искать помощь в измышлениях, и нафантазировали изменяющуюся длину волны. Рентгеновские лучи реальны, но к ним прилагалось мнимое объяснение (до 1912 года).
Рецептурное знание (в том числе способность делать рентгеновские снимки, ничего не зная о физической сущности рентгеновских лучей) почти не зависит от естествоиспытателей, и поэтому рецептурное знание обладает объективным содержанием. Рецептурное знание имеет объективно-практическую ценность. Это знание почти-безошибочное, но частичное, не раскрывающее сущности природных явлений.
Можно применить такой термин, как «рецептурный теоретик». Этот термин надлежить применять к ученым, которые с помощью логических, математических, геометрически-изобразительных приемов (например, вычерчивании диаграмм), или как-то иначе, создают новое знание, проверяемое при помощи экспериментов, и при этом новое знание не отвечает на вопрос о внутренних процессах, происходящих в химических или физических явлениях. Наиболее известным ученым из многочисленной когорты рецептурных теоретиков является Д.И.Менделеев.
Индейцы с большим успехом использовали яд кукаре для охоты на животных, ничего не зная о том, какие процессы происходят в организме животного при попадании стрелы, острие которой обмазано потом лягушки, кожа которой выделяет яд. В начале девятнадцатого века было выявлено, что яд кукаре прекращает работу скелетных мышц, в том числе мышц, ответственных за дыхание (нагнетание и удаление воздуха из легких). В 1815 году английские естествоиспытатели Уоттертон и Броди шприцем вкололи ослу яд кураре, дождались, когда осел упадет и прекратит дышить, и после этого на протяжении четырех часов делали ослу искусственное дыхание. Внутренние органы за четыре часа удалили из организма яд, животное задышало самостоятельно и осталось живым.
 
kkamlivДата: Вторник, 27.09.2016, 15:11 | Сообщение # 2
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
Люди на протяжении нескольких тысячелетий практическим образом пользовались огнем, и почти все это время практическое применение огня не подталкивало людей к мысли о соединении кислорода с углеродом как причины огня.
В третьем веке до нашей эры китайский историк Лэнь Фэй-цзы описал устройство компаса той эпохи. Компас был похож на ложку с коротким и узким черенком, и черенок изготовлен из камня с большим содержанием железа. Каменный черенок прикреплялся к округлой части, сделанной из дерева. «Ложка» ставилась своей выпуклой частью на гладкую плоскую поверхность, и несильным толчком приводилась во вращение. Закончив вращение на выпуклой нижней части, прибор черенком, который покачивался слева-направо и вверх-вниз, указывал на юг. В 1600 году Уильям Гильберт провел исследования, и установил, что компас реагирует на магнитное поле и показывает направление магнитных линий, создаваемой планетой. В 1600 году стало понятным, что способность стрелки компаса ориентироваться в направлении юг-север, и способность магнита притягивать железо, — связаны друг с другом, и общее между ними было названо магнетизмом. Приблизительно 1900 лет люди на практике применяли компас, не осознавая обусловливающего влияния магнитного поля Земли на работу компаса. Люди не нуждаются в знании о магнитных линиях, расположенных параллельно меридианам, чтобы правильно и успешно пользоваться компасом.
Показатель преломления прозрачной среды приблизительно (но не точно) равен отношению скорости света в пустоте и скорости света в рассматриваемой среде. Отсутствие точного равенства Рэйли в 1881 году объяснял при помощи двух скоростей: скорости света совокупности нескольких цветов (эта скорость, немного меньшая, наблюдается в экспериментах), и скорости света узко выделенного цвета (эта скорость немного больше, и она предназначена для точного приравнивания показателя преломления к отношению скорости света в пустоте и скорости света в среде). Поскольку ученые еще не научились выделять узкую полоску цвета, то не проводятся эксперименты по измерению скорости, и объяснение Рэйли не имеет опытного подтверждения. В настоящее время и в ближайшем будущем реальное существование второй скорости, отличающейся от первой скорости, под вопросом. Рецептурное знание о преломлении позволило наладить широкомасштабное производство оптических приборов.
Древнеегипетские звездочеты знали, что летний период времени (от дня весеннего равноденствия, когда продолжительность темного времени суток равна продолжительности светлого времени суток, до дня осеннего равноденствия) на 7,5 суток длиннее, чем зимний период времени (от дня осеннего равноденствия до дня весеннего равноденствия). Древние и средневековые звездочеты не могли дать адекватного объяснения этому природному явлению. В начале семнадцатого века Иоганн Кеплер нашел причину — орбита, по которой двигается Земля, имеет эллиптическую форму, на разных участках орбиты Земля двигается то быстрее, то медленнее, и этим обусловлена различная продолжительность летнего периода времени и зимнего периода времени.
В середине восемнадцатого века среди овец в Англии распространилось заболевание, названной «скрейпи». У больных овец появляются признаки резкого раздражения кожи, они трутся об изгороди, деревья, столбы и другие неподвижные предметы, буквально соскребывают с себя всю шерсть. Сильный зуд приводит к тому, что животные кусают друг друга и при этом даже скусывают участки кожи. Овцы резко возбудимы — приближение к ним вызывает у них сильную дрожь. Наконец, еще одним характерным признаком заболевания служит нарушение координации движений, что наиболее ярко выражается в появлении спотыкающейся походки, и в конце концов больное животное не может стоять. Заболевание развивается медленно, продолжается от нескольких месяцев до нескольких лет и заканчивается гибелью животного. Причина смерти — разрушение структуры головного мозга, расстройство деятельности внутренних органов и всей нервной системы. Что стало известно о возбудителе болезни после 250 лет исследований? Чрезвычайно мало. Похожая болезнь имеется у коров, и люди инфицируются этой болезнью, поедая мясо больных животных (синдромом Крейцфельда-Якоба, болезнь куру). В искусственных условиях происходит инфицирование оленей, обезьян, хомяков, кошек, крыс, мышей. Инкубационный период до пяти лет, и период зависит от генетических особенностей организма. Иммунная система не реагирует на возбудитель, антитела и интерфероны не образуются. Возбудитель в высушенном состоянии сохраняет свою жизнеспособность на протяжении 2 лет хранения при температуре 8-12°С. Даже после 30-минутного кипячения ткань зараженного животного сохраняет свою инфекционность. Если зараженные структуры обработать разрушающими белки ферментами и фенолом, то возбудитель теряет способность заражать других животных. Это говорит о том, что в развитии недуга принимает участие какой-то белок, причём вырабатываемый самим организмом, поскольку он никак не реагирует на ионизирующее излучение и ферменты, разрушающие нуклеиновые кислоты. Возбудитель скрейпи оказался устойчивым к ферментам, переваривающим белки — к пепсину и трипсину; к ферментам, разрушающим ДНК и РНК, к ультразвуку и формалину. В 12%-ном растворе формалина заразительность кусочков мозга больных овец сохранялась 28 месяцев. В отличие от известных вирусов активность возбудителя скрейпи не снижалась даже после того, как его 34 раза поочередно погружали то в температуру –70°, то +37°С. При такой процедуре известные вирусы полностью разрушаются уже после 3-10 подобных циклов обработки. Инфекционная активность возбудителя скрейпи уменьшается на 99,9% в спирту и йоде. Устойчивость к ультрафиолетовому свету, и к проникающей радиации оказалась в 100-1000 раз выше, чем у всех известных вирусов. Размер возбудителя — от 17 до 27 нм (размеры соответствуют размерам ряда известных вирусов человека и животных, например, вирусов полиомиелита, ящура). Возбудитель имеет высокую чувствительность к тем веществам, которые разрушают клеточные мембраны обычных клеток. Вирус низкорослости хризантем имеет сходные с возбудителем скрейпи свойства — устойчивость к воздействию ультрафиолетового и радиоактивного излучения, нагреванию, малая молекулярная масса, длительный инкубационный период, необнаружение подозрительных веществ при изучении хризантем под микроскопом.
За 250 лет исследований стали известны внешние проявления болезни и незначительное количество свойств возбудителя, но до сих пор неизвестна структура возбудителя скрейпи и внешний вид возбудителя. Теория о болезни скрейпи и сходных болезней описывает внешние проявления, но не объясняет сущность болезни.
Как освещение, создаваемое точечным источником, по своей силе убывает обратно пропорционально квадрату расстояния от источника, так и действие гравитационного центра, распространяясь на все большую и большую поверхность, ослабевает обратно пропорционально квадрату расстояния от центра. Эта гипотеза подсказывалась геометрией и оптическими закономерностями. Поэтому, размышляя о движении Луны, Исаак Ньютон сделал предположение, что Луна падает на Землю, как и камень, но с меньшим ускорением, и падение скомпенсировано центробежной силой. Если узнать величину центробежной силы, отталкивающую Луну от Земли, то станет известной сила притяжения Луны к Земле. Исходя из массы Земли, Луны, скорости вращения Луны вокруг Земли, была вычислена центробежная сила (и равная ей сила притяжения к Земле). Она оказалась в 3600 раз меньше, чем сила вблизи поверхности земли. Расстояние между Луной и Землей в 60 раз больше радиуса Земли, и из этих цифр вытекает квадратичная зависимость между расстоянием и силой. Ньютон с некоторым недоверием относился к открытому им закону природы. Ньютон писал, что пытаться понять гравитацию в виде силы, которая имеет физическое содержание, представляется нелепым; ни одному трезвомыслящему исследователю такое не придет и в голову. Поэтому, заключает Исаак Ньютон, вопрос о носителе тяготения он оставляет открытым в надежде, что со временем кому-нибудь удастся найти физическое объяснение этой силы; а пока следует принимать гравитационную силу лишь в математической оболочке. До 1908 года никто не дал объяснение физическому явлению, обнаруженного Ньютоном.
Фридрих Энгельс: «Конфликт между достигнутыми результатами и укоренившимся способом мышления вполне объясняет ту безграничную путаницу, которая господствует теперь в теоретическом естествознании и одинаково приводит в отчаяние как учителей, так и учеников, как писателей, так и читателей. Итак, точное представление о вселенной, о ее развитии и о развитии человечества, может быть получено только диалектическим путем, при постоянном внимании к общему взаимодействию между возникновением и исчезновением, между прогрессивными изменениями и изменениями регрессивными» («Развитие социализма от утопии к науке», Сочинения, том 20, с.23).
Вероятнее всего, под достигнутыми результатами Энгельс подразумевал способность естествоиспытателей использовать недавно открытые способы воздействия на природные явление, приводящие к значительным практическим успехам, а под конфликтом Энгельс подразумевал противоречие между указанным значительным прогрессом и незначительным прогрессом в сфере объяснения причин, действующих внутри природных явлений (именно тех природных явлений, применение которых приводит к колоссальным успехам). Можно сделать правдоподобное предположение, что высказывание Фридриха Энгельс стало основой, из которой выросло мнение Абеля Рея о том, что наука имеет в своем распоряжении практические рецепты, позволяющих достигнуть значительных результатов, и одновременно с этим наука вырабатывает запутанные и крайне сомнительные объяснения сущности практических рецептов, или не вырабатывает объяснений.
Рецептурное знание представляет собой описание предметов или природных явлений, включающее в себя инструкции по совершению технологических действий (практически-проверенных и зарекомендовавших себя с положительной стороны навыков и конкретных действий) для достижения желаемого результата. Выявление правил, которым надо следовать для успешного употребления природного явления, происходит посредством многократного повторения разнообразных действий с выявлением неадекватных и адекватных действий. Рецептурное знание заключает в себе знание о временной последовательности событий, полезной в практической деятельности.
Поскольку практическая проверка рецептурного знания происходит без применения научных методов (например, контрольной группы), то изредка в перечне практически-проверенных рекомендаций встречаются рекомендации сомнительного содержания, — например, рекомендация при наклейке обоев на стены тщательно закрывать окна и форточки, чтобы сквозняки не создавали воздушные пузыри под обоями.
Рецептурное знание имеет двойную ценность: ценность конкретных навыков воздействия на природу, направляющих природные процессы в полезное для человека направление, и ценность как способствование поиску и проверке причин, вызывающих полезный эффект (достижение запланированного результата) и на основе известности причин создание ранее неизвестного рецептурного знания. Рецептурное знание, применяемое в привычных условиях, не вызывает проблемных ситуаций. Но применение в новых условиях вызывает проблемы, и один из способов нейтрализации проблем — создание объяснения, относящегося к возникновению проблемы, подсказывающего выход из создавшейся проблемы.
На самом нижнем уровне рецептурного знания находятся знания, присущие животным. Животные одним предметом воздействуют на другой предмет, и из этого им становятся известными некоторые поверхностные свойства предметов.
Ученые исследовали прозрачные кристаллы, нагревая и охлаждая их. Обнаружилось, что при некоторых температурах внутри кристаллов появляются зоны уменьшенной прозрачности (т.е. зоны туманностей), которые способны исчезать и увеличиваться при изменении температуры, и способны перемещаться от одного края кристалла к другому краю кристалла со скоростью звука (иногда со сверхзвуковой скоростью). С помощью спектрографов ученые исследовали спектры отраженных от кристаллов тепловых волн, и спектры поглощения. Были обнаружены некоторые закономерности блуждания туманностей, в зависимости от температуры, и установлено, что туманности переносят тепловую энергию из одной части кристалла в другую часть. Поскольку блуждание туманностей внешне похоже на перемещение молекул внутри газов, то ученые решили применить к туманностям формулы, обычно применяемые для расчетов параметров молекул, входящих в состав газов. К удивлению, формулы подошли, и формулы помогли создать теорию о закономерностях движения туманностей. В газах молекулы способны передвигаться по всему объему сосуда, в котором находиться газ. Атомы и молекулы, из которых состоят кристаллы, не способны перемещаться по всему объему кристалла. Чтобы оправдать применение формул, относящихся к двигающимся на большие дистанции молекулам, к атомам и молекулам, не способных двигаться на большие расстояния, ученые придумали мнимые частицы, которые будто бы перемещаются по всему объему кристалла. Чтобы подтвердить реальное существование мнимых частиц, ученые дали им имя. Мнимые частицы стали именоваться фононами. При помощи мнимых фононов ученые объясняют свойства, присущие кристаллам.
Фридрих Энгельс признавал существование мнимых теорий, в которых объяснения включали в себя мнимые сущности. Например, в книге «Диалектика природы» можно найти такие фразы: «В ней (натурфилософии) много нелепостей и сумасбродства, — однако не больше, чем в современных не философских теориях эмпирических естествоиспытателей… Что касается Гегеля, то он во многих отношениях стоял гораздо выше своих современников-эмпириков, объяснявших все непонятные явления тем, что в основу их клали какую-нибудь силу — движущую, плавательную, электрическую, силу сопротивления и т. д. — или, где это не подходило, какое-нибудь неизвестное вещество — световое, тепловое, электрическое и т. п. Мнимые вещества теперь уже почти устранены, но спекуляция силами, с которой боролся Гегель, все еще иногда проявляется…», «…Чтобы избавиться от необходимости указать действительную причину изменения, вызванного какой-нибудь функцией…, мы подсовываем некоторую мнимую причину, некоторую так называемую силу, соответствующую этому изменению. Мы переносим затем этот удобный метод также и на внешний мир и, таким образом, сочиняем столько же сил, сколько существует различных явлений». В душе Энгельса имелись сомнения по поводу правильности учения о движущей, плавательной, электрической, световой, тепло-сопротивляющейся силе. Весьма вероятно, что Энгельс считал полезным сомнение не только тогда, когда он сам сомневался, но и тогда, когда сомневаются другие исследователи. Слова Фридриха Энгельса можно истолковать так: естествоиспытатели обязаны быть самокритичными, и осознавать наличие нелепости и фиктивности в трактатах, в которых естествоиспытатели отчитываются относительно своих исследований и о подвергнутых объяснению природных явлениях.
В.И.Ленин в книге «Материализм и эмпириокритицизм» приводит высказывание Джемса Уорда о двух направлениях внутри физики и других естественных наук: «Спорный вопрос очень прост. Обе школы исходят…из одного и того же чувственного опыта…но одна полагает, что она приближается все более и более к последней реальности и оставляет позади все больше кажимостей. Другая полагает, что она подставляет обобщенные описательные схемы под сложные конкретные факты» (ПСС, т.18, с.295).
Вторая школа в естествознании придерживается философского положения, что ученые не приблизились к пониманию внутреннего механизма природных явлений, потому что между ученым и сущностью находятся кажимости (мнимое, сомнительное, измышленное). Естествоиспытатели имеют в своем распоряжении правильные описательные схемы, правильное рецептурное знание, и больше ничего правильного не имеют. Имеющихся описательных схем и рецептов недостаточно, чтобы признать близость рецептурного знания к реальной сущности природных явлений.
Правильные описательные схемы представляют собой обобщено-математические оболочки, не содержащие объяснение того, почему описательные схемы имеют определенный вид, а не иной вид.
Как можно соглашаться с тем, что в 1908 году кажимости оставлены позади, если в науке в 1908 году имелась кажимость в виде изменяющейся длины волны рентгеновских лучей?
Многие ученые обладают самокритичностью и адресованной к другим ученым критичностью, и признают измышленный характер того научного знания, которым пользуются они или другие ученые. Критичность особо сильно проявляется, когда в науку входят положения, не проверенные опытным путем. Мнение о том, что скорость движения узко выделенного цвета отличается от скорости движения совокупности нескольких цветов, не подвергалось опытной проверке ни в 1908 году, ни в 2016 году, и такое объяснение должно считаться кажимостью. Объяснения сомнительны, и употребляются для выработки нового, ранее не известного и ранее не применяемого рецептурного знания. В указанной сфере физике, не произошло приближение к реальности.
Вторая школа в естествознании имеет убедительные аргументы. Высказывание Джемса Уорда было вписано в ленинскую книгу в 1908 году, и в этом году физиологи имели в своем распоряжении описание внешних признаков противоцинговой силы, жаропонижающей силы спираевой кислоты, силы, приводящей к быстрому перевариванию мяса в желудке, и не имели знание о сущности этих сил. В 1908 году химики знали валентность, атомный вес и еще несколько немногочисленных свойств химических элементов иттрий, лантан, эрбий, тербий, празеодим, неодим, самарий, диспрозий, гольмий, тулий; но у химиков отсутствовало объяснение того, почему увеличение атомного веса среди этих элементов не приводит к изменению валентности. Физики не могли объяснить увеличение теплоемкости алмаза, графита, бора, кремния при нагревании, хотя смогли описать внешние признаки увеличивающей теплопроводности. В 1908 году ученые знали внешние проявления гравитационного взаимодействия, но не знали внутреннего механизма гравитации. И в 1908 году, и в 2016 году были неизвестны причина болезни скрейпи и физическая сущность гравитации; при этом ученые смогли создать описание немногочисленных внешних проявлений болезни скрейпи и внешних проявлений гравитации.
Вторая школа в естествознании имеет убедительные аргументы, в том числе — констатацию Фридрихом Энгельсом наличия в физических и химических теориях мнимых сил, мнимых веществ, измышлений, нелепого сумасбродства. Сомнения в адрес имеющихся теорий настолько многочисленны, что если собрать в одной книге высказывания Маркса и Энгельса, содержащие сомнения, то получиться весьма и весьма увесистый том.
Карл Маркс: «Научные истины всегда парадоксальны, если судить на основании повседневного опыта, который улавливает лишь обманчивую видимость вещей». Карла Маркса можно причислить к сторонникам второй школы в естествознании, поскольку он соответствующим образом затронул вопрос о наличии кажимости и трудностей преодоления кажимости.
Подводя итог, можно сказать: вторая школа в естествознании имела большое количество сторонников в 1908 году. Многие соглашались с тем, что численность теорий, представляющих собой описательные схемы, и имеющие мнимое (сомнительное, измышленное) объяснение внутреннего механизма, или не имеющих никакого объяснения, достигает внушительной цифры. Сторонники второй школы в естествознании соглашались с тем, что часто обнаруживаются поводы для возникновения сомнений относительно существующих объяснений. Встречаются поводы для появления критического отношения к науке, так как наука до сих пор не объяснила некоторые природные явления (и поэтому в некоторых случаях наука представляет собой схематическое описание поверхностных свойств, изрядно сдобренных математическими обобщенными формулами).
В книге «Материализм и эмпириокритицизм» В.И.Ленин написал, что новое псевдонаучное течение (т.е. вторая школа в естествознании) видит в теории только символы, знаки, отметки для практики. Используемое Лениным выражение «только отметки для практики» необходимо понимать как рецептурное знание, дающее конкретные рекомендации по совершению практических действий. Покуда не найдена причина болезни скрейпи у овец и не разработаны методы лечения, теория, изображающая подробности протекания болезни скрейпи, должна считаться только отметкой для практики (практического предотвращения распространения болезни путем уничтожения заболевших овец). Покуда не найдена причина болезни скрейпи, нужно считать правильным слово «только», вставленное второй школой в фразу «только отметки для практики».
Если под словосочетанием «познание болезни» подразумевать отражение в головах ветеринаров внешних проявлений (в форме схематического описания) болезни скрейпи, то тогда болезнь познана в значительной степени. Если под словосочетанием «познание болезни» подразумевать знание причины болезни, то болезнь не познана.

Нас постоянно уверяют, — писал Френсис Бэкон, — что смазывание оружия, которым была нанесена рана, излечивает саму рану. В виде эксперимента пробовали, по словам философа Ф.Бэкона, стирать мазь с оружия так, чтобы сам раненый об этом не знал. В результате у него якобы тут же наступал сильный приступ боли, который продолжался до тех пор, пока оружие снова не смазывали. Более того, некоторые утверждают, что если вы не можете достать само оружие, то найдите железный или деревянный инструмент, напоминающий по форме оружие, вложите инструмент в рану так, чтобы острый край инструмента вызвать кровотечение раны, и смазывание этого инструмента возымеет то же действие. Такие лечебные средства по-прежнему пользуются спросом, пишет Ф.Бэкон, и если в руку впился шип колючего дерева или кустарника, то многие отламывают шип, смазывают шип жиром, долгое время хранят шип, продолжая смазывать его, и этим предотвращают нагноение раны.
В скандинавском сказании «Эдде» указывается способ лечения раны, нанесенной зубами собаки: надо поймать укусившую собаку, состричь с нее шерсть, сделать веревку из собачьей шерсти, и веревкой опоясать то место, где имеются болезненные ощущения от собачьего укуса.
 
kkamlivДата: Вторник, 27.09.2016, 15:12 | Сообщение # 3
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
Глава 2. Плеханов против Канта

Георгий Валентинович Плеханов в последние годы девятнадцатого века обвинял философа восемнадцатого века Иммануила Канта в противоречивости: с одной стороны, Кант признавал, что объективно существуют вещи-в-себе и их воздействие вызывает ощущения, с другой стороны, Кант называл вещи-в-себе недоступными для органов чувств.
Однако здесь нет противоречия. Витамины воздействовали на физиологические процессы в организме Джеймса Кука, но не воздействовали на органы чувств Кука (Джеймс Кук не мог увидеть и пощупать пальцами витамины, не мог обонять запах витаминов, витамины были неуловимы для органов чувств Кука). Имеющиеся физиологические процессы свидетельствовали о нормальном протекании физиологических процессов, об отсутствии цинги, и давали ощущение здоровья. Недоступность витаминов для органов чувств Кука не противоречит воздействию витаминов в направлении не появления симптомов цинги и восприятию органами чувств отсутствия симптомов цинги. Органами чувств Кук воспринимал следствие (наличие или отсутствие симптомов цинги), но не воспринимал причину, приводящую к следствию. Невидимое оставило следы, видимые Куком. Во время воздействия неизвестной причины перед взором человека предстает следствие, и после изучения следствия оно становиться хорошо известным, хотя причина продолжает оставаться неизвестной. В случае с витаминами причина стала известна через 4 столетия после массового применения следствия. Причине нет нужды быть воспринимаемой, для того, чтобы причина вызывала обнаруживаемое (и поддающееся подробному описанию) следствие.
Любой объект, воздействующий на органы чувств, состоит из двух частей — из свойств, оказывающих воздействия, и из свойств, временно или постоянно не оказывающих воздействие. Вещь-в-себе состоит из причины и следствия. Сначала вещь-в-себе погружается в человеческую практику той частью, которая является следствием, и люди обнаруживают следствие, не зная причину (например, обнаруживают предотвращение цинги употреблением цитрусов). Потом вещь-в-себе погружается в человеческую практику той частью, которая является причиной, и людям становиться известной причина (например, узнают о витаминах). В одном случае люди видят вещь-в-себе в образе цинги и не видят вещь-в-себе в образе отсутствия витаминов, в другом случае люди видят вещь-в-себе в обоих образах.
Г.В. Плеханов пишет, что гносеологическая схоластика кантианства основана на ошибочном противопоставлении неизвестности вещи-в-себе и известности результата действия на людей вещей-в-себе.
Здесь нет никакой ошибки, никакого схоластического противопоставления. Кант был приколистом (как, впрочем, и сочинитель тысячестраничных анекдотов Гегель, приколовшийся материализацией психического знания. Во времена Христиана Эйкмана витамины находились в зародышевом состоянии, имели неопределенную форму, и поэтому представление Христиана Эйкмана о витаминах имело неопределенную форму. В последующие годы витамины развивались, стали взрослыми, приобрели более конкретные формы, и поэтому представление Казимира Функа о витаминах имело более конкретную форму, по сравнению с представлением Христиана Эйкмана. Различие представления Функа от представления Эйкмана объясняется тем, что в историческую эпоху Казимира Функа витамины отличались от витаминов в эпоху Эйкмана. Человеческое познание выражает развивающуюся дифференциацию вещей. Гегель описывал закономерности, обнаруженные внутри процесса построения познания, но этим закономерностям Гегель дал ложное имя закономерностей внутри процесса построения Вселенной), но Плеханов не понял прикол: под невидимым Плеханов подразумевал физически невидимое, а Кант имел ввиду психически неосознаваемое.
До того, как Исаак Ньютон сделал научное открытие о пропорциональности гравитационной силы квадрату расстояния, люди имели совершенно иное представление. В доньютоновскую эпоху люди опускались с пружинными весами на дно глубоких колодцев и измеряли вес предметов; с этими же весами и предметами люди поднимались на вершины гор и производили измерение веса; сравнение веса показывало, что вес на разных высотах одинаков, и что притяжение предметов к земле не зависит от расстояния между предметами и глубинными слоями земли. Практическое исследование веса предметов в разных условиях (на вершинах гор и на дне колодцев) обусловило появление представления о том, что гравитационная сила не зависит от расстояния.
Ньютон установил физические параметры Земли, Луны, расстояние между Луной и Землей, скорость вращения Луны вокруг Земли, рассчитал величину центробежной силы, действующую на Луну и стремящуюся отдалить Луну от Земли, и сделал абстрактное обобщение относительно гравитационного притяжения (которое по величине должно быть равным центробежной силе). Ньютон считал, что выведенное из физических параметров обобщенное представление «гравитационное притяжение» есть вне Ньютона существующая сущность, сущность кругового движения Луны вокруг Земли, а также сущность характеристик падающих предметов. Ньютон представил в своей голове образ того, что не было известно как результат деятельности органов чувств. Многие ученые поставили под сомнению формулу гравитационного притяжения, поскольку формула не соответствовала показаниям органов чувств — имеющиеся у людей органы чувств не способны уловить усиление или ослабление гравитации пропорционально квадрату расстояния, показания органов чувств свидетельствовали об отсутствии зависимости между расстоянием и силой гравитации (на высокой горе вещи не становились легче, чем на дне глубокого колодца или пропасти). Сущность (квадратичная зависимость гравитационной силы земного притяжения) совершенно отлична от ее проявления в ощущениях людей (отсутствие зависимости силы земного притяжения от расстояния между глубинными слоями земли и притягиваемыми предметами).
Ньютон определил, что гравитационная сила зависит от расстояния. На людей (на вестибулярный аппарат, воспринимающий гравитацию, и также на пружинные или гиревые весы, т.е. техническое устройство для обнаружения веса) действовала гравитация, пропорциональная квадрату расстояния, но она вложилась в субъективные человеческие ощущения в форме, совершенно отличающейся от формы действительного существования, а именно, в форме отсутствия зависимости между силой гравитации и расстоянием. В доньютоновскую эпоху люди наблюдали за падением предметов, на которые воздействует гравитационное притяжение, пропорциональное квадрату расстояния, но люди осознавали независимость притяжения от расстояния. Люди имели мнимое представление о зависимости между величиной гравитационной силы и расстоянием. Люди не могли уловить объективную зависимость.
Кант нисколько не виноват в том, что когда-то (до рождения Канта и Ньютона) людям была неизвестна зависимость притяжения от расстояния, и результатом действия на людей зависимой от расстояния гравитации являлось осознаваемая людьми независимость гравитации от расстояния. Кант не виноват в том, что органы чувств создали принципиальную грань, т.е. создали существенное различие между существующим и ощущаемым.
Звезды неподвижны. Земля вращается вокруг своей оси. Люди смотрели на звезды и видели, что звезды вращаются вокруг Земли (с периодом вращения 24 часа). Люди не знали, что движение звезд является иллюзорным из-за вращения Земли. Получается следующее: неподвижные звезды воздействовали на зрение людей, и результатом этого воздействия являлось восприятие движения звезд. Известно движение звезд, и это известное есть последствие неизвестной неподвижности звезд. Неподвижность, невидимая людьми, оставляла видимое впечатление движущегося. Кант противопоставлял воздействие неизвестного (неосознаваемого) и известный (осознаваемый) результат воздействия, и в этом противопоставлении нет ничего кощунственного. Кант не заслужил того, чтобы Плеханов обвинял его в ошибке.
В книге «Материализм и эмпириокритицизм» на странице 209 процитированы слова Людвига Фейербаха, в связи с критикой «противоречивой» кантианской теории познания: у Канта вещь-в-себе есть истинная вещь, но предметы чувств не есть истинная вещь.
Земля вращается вокруг Солнца — это истинная вещь (объективная реальность). В докоперниковскую эпоху органы чувств сообщали людям, что Солнце вращается вокруг Земли, — но это не истинная вещь, это искаженное представление об объективной реальности. Предметом чувств ошибочно считалось вращение Солнца вокруг Земли. Не истинен предмет чувств в виде вращения Солнца вокруг Земли. Философия Канта правильно отображает в себе человеческие ошибки.
Карл Маркс в произведении «Критика Готской программы» написал о том, что Лассаль пропагандировал догмы буржуазной политэкономии, и вслед за буржуазными экономистами принимал видимость за сущность дела. Этими словами Маркс выразил согласие с философией Канта, составной частью которой является разделение знания на видимость и сущность, и часто встречающаяся путаница между видимостью и сущностью. Видимость — вращение Солнца вокруг Земли. Сущность — вращение Земли вокруг Солнца.
Плеханов имел убеждение, что фраза «чувственно-не-воспринимаемое воздействует на людей таким образом, что у людей появляются чувственные восприятия» (другие варианты фразы: ощущения вызывает то, что не вызывает ощущения; неощущаемый субстрат ощущений) является фразой, характерной для субъективных идеалистов. Если это так, то все врачи и фармакологи, занимавшиеся проблемой цинги до открытия витаминов, должны считаться субъективными идеалистами.
Рентгеновские лучи недоступны для органов чувств, но облучение человеческого тела рентгеновскими лучами вызывает воспаление кожи (и болезненные ощущения). Невидимое оставляет видимые следы. Такой эффект был обнаружен в 1896-1897 годах, и американские физики Хокс и Додд посвятили этому эффекту несколько докладов. Чтобы удостовериться в этом эффекте, Элиу Томсон закрыл свою руку свинцовым экраном, кроме мизинца, и облучал руку рентгеновскими лучами. Защищенная свинцом часть руки осталась здоровой, а на мизинце образовалось воспаление, потребовавшее лечения на протяжении нескольких лет.
Хокс, Додд, Элиу создали в своих головах представление о том, что необнаружимо органами чувств.
Радиоактивное излучение и рентгеновские лучи в больших дозах причиняют людям ощутимые страдания, хотя радиоактивное и рентгеновское излучение не воспринимается органами чувств. Если согласится с Плехановым, то тогда все рентгенологи, все исследователи радиоактивности, а также все хорошо образованные люди, должны считаться идеалистами.
Люди смотрели на звезды и в головах людей появилось знание о том, что звезды вращаются вокруг Земли, с периодом вращения 24 часа. У людей в докоперниковскую эпоху не было ощущения и не было знания, что Земля вращается вокруг своей оси с периодом 24 часа. Чувственно-не-воспринимаемое (вращение Земли вокруг своей оси) воздействовало на людей таким образом, что у людей появилось ощущение того, что звезды вращаются вокруг Земли.
Высказывание «чувственно-не-воспринимаемое воздействует на людей таким образом, что у людей появляются чувственные восприятия» можно подвергнуть незначительному перефразированию, и тогда получится легкопонимаемое и бесспорное изречение: «чувственно-не-воспринимаемое воздействует на людей таким образом, что у людей появляется знание».
В 1600 году Уильям Гильберт создал в своей голове знание о том, что у Земли имеются магнитные линии, хотя магнитные линии оставались чувственно-не-воспринимамыми, так как Гильберт не обладал органом чувств, реагирующего на магнитные линии. Чувственно-не-воспринимаемые магнитные линии воздействовали на Гильберта таким образом, что у него появилось знание о магнитных линиях.
«Петцольду известна только та идеалистическая гносеология, согласно которой знание, основывающееся на ощущениях, не есть настоящее знание, так как оно будто бы не открывает истинной природы вещей»(Г.В.Плеханов, «Трусливый идеализм»).
Ощущения показывали, что звезды вращаются вокруг Земли с периодом 24 часа, и на этом основании сформировалась геоцентрическая картина Вселенной. И это было не настоящее знание, перед людьми в докоперниковскую эпоху не открылась истинная природа Вселенной.
Представим ведро, сделанное из очень легкого материала (например, из тонкого полиэтилена); представим, что мы опустили ведро в озеро (реку, ванну, море) и вытащили вверх ведро с водой. Своими руками мы почувствуем, что ведро тяжелое, что вода имеет вес. Потом опустим ведро с водой обратно в озеро. Ведро, сделанное из легкого материала, содержащее в себе воду, полностью погруженное в воду, ничего не весит. Об этом сообщают мышцы рук, которые без напряжения удерживают ведро. Вода, находящаяся в воде, не имеет веса. Или все-таки имеет? Естествоиспытатели долго колебались в выборе ответа, и в середине семнадцатого века сошлись на том, что вода, находящаяся в воде, имеет вес, и воздух, находящийся в воздухе, имеет вес. Органы чувств сообщают, что веса нет, и такое сообщение не открывает истинной природы воды и воздуха. В борьбе между Плехановым и Петцольдом победа досталась Петцольду. Ощущаемое противоречит мыслимому, и предпочтение отдается мыслимому. Если очень кратко выразить содержание феноменализма, то получиться следующее: вещи воздействовали на людей, но у людей не появлялось представление, адекватное вещам, а появлялось представление, не адекватное воздействующим вещам. Источник знаний – искаженные ощущения.
Камень падает на землю, водяной пар всплывает вверх, и в старину думали, что закон тяжести, действующий в камне, не действует на водяной пар. Теперь известно, что оба эти движения, происходящие по противоположным направлениям (падение камня вниз на землю и поднятие пара вверх от земли), происходят от одной причины, по одному закону природы. Теперь известно, что сила притяжения, вообще стремящая тела двигаться вниз, проявляется при известных обстоятельствах так, что заставляет некоторые тела подниматься вверх. Органы чувств сообщают: водяной пар поднимается вверх. Мышление создает в себе самом представление о том, что противоречит показаниям органов чувств, и мыслительное представление сообщает: причиной поднятия пара вверх является сила, направленная вниз. Осознаваемое людьми исключение из общего правила (общее правило таково, что предметы притягиваются к земле, но пар не притягивается к земле) является иллюзией, так как на самом деле на пар действует сила земного притяжения. Критика материалиста Плеханова по адресу идеалиста Петцольда несостоятельна.
Сущность не существует в восприятии. Существующее в восприятии (не действие земного притяжения на пар, отсутствие зависимости силы земного притяжения от расстояния между землей и предметом, вращение звезд и Солнца вокруг Земли, отсутствие веса у воздуха, находящегося в воздухе, т.е. отсутствие атмосферного давления) — не есть сущность.
Отрицание кантианства и признание материализма, пишет Г.В. Плеханов, состоит в утверждении о чувственном восприятии того, что при воздействии на людей вызывает чувственные восприятия.
Микробы, бактерии, вирусы и прочая мелкая живность не воспринимается людьми при помощи глаз, и тем не менее разнообразная мелкая живность вызывает у людей ощущения (повышение температуры, головокружение, ломота в суставах, мышечная слабость, головная боль, затемненное сознание, раздражение в горле и чихание, тошнота, кожный зуд, и другие симптомы, перечисленные в медицинских справочниках). Нужно быть отчаянным человеком, чтобы сказать, что материалист Локк или материалист Гольбах видели микробы и бактерии, когда эти материалисты болели и испытывали болезненные ощущения (признание материализма состоит в утверждении о восприятии глазами микробов, которые при размножении внутри Локка или Гольбаха вызывает болезненные ощущения). Материалист обязан видеть вирусы, в условиях отсутствия микроскопов, чтобы подтвердить свою принадлежность к материализму, а вот идеалистическая кантианская философия освобождает идеалистов от обязанности видеть вирусы.
В 1546 году вышла в свет книга «О контагии, контагиозных болезнях и лечении» итальянского врача и астронома Джироламо Фракасторо. В книге рассказывается о том, что организм больного человека выделяет в окружающее пространство «семена заразы», которые имеют свойства, характерные для живых существ, и посредством размножения увеличивают свою численность. Согласно учению Фракасторо, существуют три способа передачи болезнетворной силы: при непосредственном соприкосновении с больным человеком, через зараженные предметы, и по воздуху на расстоянии. Притом Фракасторо полагал, что на расстоянии передаются не все болезни, а через соприкосновение — все, в том числе оспа, чума, малярия, корь.
Фракасторо не обладал микроскопом, и не мог увидеть микроорганизмы, названные им «семенами заразы» (микроскоп изобретен через 130 лет после опубликования книги «О контагии, контагиозных болезнях и лечении»). Фракасторо был сторонником кантианских взглядов (точнее говоря, наоборот, Кант был сторонником фракасторовских взглядов), и полагалось, что невидимые глазом микроорганизмы заставляют существовать чувственно-воспринимаемые симптомы оспы, кори, чумы, малярии и других болезней.
Опровержение Плехановым фракасторо-кантианских взглядов, согласно которым люди не видят то, что недоступно органам чувств («семена заразы», рентгеновское излучение, слабое магнитное поле), но недоступное органам чувств своими последствиями воздействует на людей или используется людьми («семена заразы» размножаются внутри людей, вызывая болезненные ощущения, воспаление кожи от воздействия рентгеновских лучей, при помощи компаса люди способны установить направление на север, юг, запад, восток), закончилось поражением Плеханова.
С одной стороны, Георгий Валентинович Плеханов был умным философом, с другой стороны, Плеханов счел необходимым применить демагогию с целью компрометации философских взглядов Канта и Петцольда. Сработанное Плехановым мировоззрение не выглядело как топорная работа, и тонкая демагогия Плеханова оказалась малозаметной. Г.В.Плеханов критиковал идеалистическую фракасторо-кантианскую философию, и поскольку в начале двадцатого века 80% населения страны было неграмотным, то эта критика выглядела убедительной. В начале двадцать первого века, когда четверть населения имеет высшее образование, Плеханов перестал быть убедительным.

17 августа 1884 года Карл Маркс написал письмо, адресованное Лиону Филипсу, и в письме были упомянуты «отвратительные физико-метафизические бредни, вроде «скрытой теплоты» (не хуже «невидимого света»), электрического «флюида» и тому подобных средств, служащих для того, чтобы вовремя вставить словечко там, где не хватает мыслей».
Ультрафиолетовые лучи активируют синтез пигмента меланина, расположенного в поверхностных слоях кожи, и увеличение количества меланина делает кожу более темной. Кроме появления красивого загара, ультрафиолетовые лучи способствуют выработке организмом витамина Д. Однако если на кожу воздействуют высокие дозы ультрафиолетовых лучей, то наблюдаются отрицательные последствия — кожа теряет эластичность, ухудшается иммунитет, возникают кожные заболевания. Кожа изменяется под воздействием ультрафиолетовых лучей, и поэтому может играть роль индикатора ультрафиолетовых лучей. Но глаза не могут быть индикатором, так как глаза не видят ультрафиолетовых лучей.
Ныне, спустя 130 лет, половина школьников знает, что существует невидимый свет, и он подразделяется на разновидности: инфракрасные лучи, ультрафиолетовые лучи, рентгеновские лучи, радиоволны, излучаемые радиостанциями. Современным школьникам и их родителям трудно понять, над чем иронизировал Карл Маркс, когда говорил о бреднях относительно невидимого света.
Григорий Плеханов сделал вид, что ему неизвестно воздействие ультрафиолетового цвета на кожу и невосприятие ультрафиолетового цвета глазами, и такой демагогический прием был нужен Плеханову для опровержения философского учения Канта, согласно которому невидимое (неосознаваемое) создает видимый эффект, и видимое существенно отличается от невидимого.

Иммануил Кант озвучил три проблемы — во-первых, причина создает следствие, попадающееся на глаза человеку, но причина скрывает саму себя от человека (до поры до времени причина неуловима); во-вторых, попадающееся на глаза человеку следствие в значительной степени отличается от причины (стрелка компаса — это не магнитная линия, подъем пара вверх — это не сила земного притяжения, лихорадка при малярии — это не малярийный микроорганизм), в-третьих, существующее надевает на себя карнавальную маску и выдает себя за иное.
«Истина скрывается под личиной своей противоположности»(слова Дицгена цитируются по книге В.И.Ленина «Философские тетради», ПСС, т.29, с.369).
Кант: «Представляемый объект со свойствами, припи¬сываемыми ему… нигде не встречается, да и не может встретиться, так как именно наши субъективные качества опреде¬ляют форму его как проявления»(Иммануил Кант, Сочинения в шести томах, т. З, стр. 146). В доньютоновскую эпоху люди представляли, что яблоки падаю вниз с одинаковой скоростью в разных местах — на вершине горы и на дне глубокого колодца. Представляемые яблоки с таким свойством нигде не встречаются, да и не могут встретиться, так как человеческое качество состоит в приписывании силе земного притяжения отсутствие зависимости от расстояния между яблоками и земной поверхностью (человек дает силе земного притяжения закон о том, что сила земного притяжения не зависит от расстояния, но сила земного притяжения не такова, как она представляется человеку, закон земного притяжения не таков, каков закон, приписываемый людьми земному притяжению). Зависимость скрывается под личиной своей противоположности, под личиной независимости.
Органы чувств во многих случаях передают в мозг правдивую информацию об окружающем мире; когда органы чувств не работают, то вместо них вступает в работу мышление, не способное обеспечить правдивую информацию. Люди представляют в своем мышлении магнитные линии, идущие вдоль поверхности Земли от северного магнитного полюса к южному магнитному полюсу, но органы чувств оставляют без внимания магнитные линии, органы чувств не встречаются с магнитными линиями, хотя магнитные линии пронзают человека и его органы чувств; поскольку показания органов чувств не сообщают о форме магнитных линий, то субъективное мышление с присущими ему субъективными качествами берет на себя функцию сообщать самому себе о форме и другую подробную информацию относительно магнитных линий. Субъективистическое представление о форме магнитных линий подвергается проверке на соответствие действительности. Но пока проверка не осуществлена, представление остается субъективистическим.
Когда люди смотрят на компас, то они не видят сущность (магнитное поле), а видят последствия сущности (реакцию стрелки компаса на магнитные линии, идущие от полюса к полюсу). Показываемое органами чувств не есть сущность, если магнитные линии считать сущностью функционирования компаса.
Когда-то люди осознавали, что стрелка компаса направлена на созвездие Малой Медведицы. Уильям Гильберт был убежден, что действительный мир не таков, каким его осознают люди, что стрелка компаса направлена вовсе не на созвездие Малой Медведицы.
Чувственно-воспринимаемый материал, представляющий собой показания органов чувств относительно не влияния расстояния на силу земного притяжения, вращения звезд вокруг Земли, отсутствия веса у воздуха, находящегося в воздухе (т.е. отсутствия атмосферного давления), неподдатливость некоторых веществ силе земного притяжения, в конечном счете оказался ложным, иллюзорным. Силой ума произошло осознание того, что действительный мир не таков, как он изображается органами чувств (осознано, что в действительности Земля вращается вокруг оси, проходящей через центр планеты, сила земного притяжения зависит от расстояния, обратно пропорционально квадрату расстояния, и т.д.). Слабая связь между действительным миром и показаниями органов чувств может быть названа независимостью показаний органов чувств от действительности. «Сущности мира, становящиеся известными через умопостижение, независимы от чувственно-воспринимаемого материала»(И.Кант).
«Сущности мира, становящиеся известными…» Иммануил Кант признавал познаваемость сущностей.
Карл Маркс: «Научные истины всегда парадоксальны, если судить на основании повседневного опыта, который улавливает лишь обманчивую видимость вещей». Карл Маркс поддержал мысль Уильяма Гильберта и Имманиула Канта, что чувственно-воспринимаемый материал в некоторых случаях представляет собой обманчивую видимость.
Карл Маркс: «До какой степени старая форма средства производства господствует вначале над его новой формой, показывает даже самое поверхностное сравнение современного парового ткацкого станка со старым, современных приспособлений для дутья на чугунолитейных заводах — с первоначальным немощным механическим воспроизведением обыкновенного кузнечного меха и, быть может, убедительнее, чем все остальное, — первый локомотив, сделанный до изобретения теперешних локомотивов: у него было в сущности две ноги, которые он попеременно поднимал, как лошадь» («Капитал»).
При движении вагонеток с железными колесами по железным рельсам обнаружилось, что сила, способная сдвинуть с места и поддерживать движение вагонетки, может иметь незначительную величину. То есть рельсовый путь оказывает меньшее сопротивление движению транспортного средства, чем обычная грунтовая дорога с её неровностями. Но так как законы сцепления колёс с рельсами были очень мало изучены, изобретателям показалось, что гладкие железные колёса самодвижущейся повозки, приводимые во вращение паровым двигателем, непременно будут проскальзывать на гладких железных рельсах, т. е. крутиться на одном и том же месте, и локомотив не сможет увлечь за собой тяжело груженые вагонетки. Малое сопротивление трению на смазанной маслом оси колеса мысленно переносилось на трение обода колеса локомотива. У локомотива мало колес, а у вагонеток много колес, сопротивляющихся движению, а для преодоления сопротивления колес нужно иметь такое же количество колес у локомотива. Исходя из такого представления, строители первых паровозов снабжали их специальными приспособлениями. Локомотивы Брунтона (1813 год) и Гордона (1824 год) получили «ноги» потому, что инженеры того времени не могли представить возможности передвижения на гладких колесах без подталкивания. В локомотиве Брунтона поршневой шток соединялся с механизмом, подражавшим движению ног лошади, и механизм упирался в землю и отталкивался, помогая колесам приводит в движение железнодорожный состав. Конструкторы Блекетт, Хадлей, Стефенсон провели ряд экспериментов и на их основе доказали, что в точке соприкосновения рельсов и ведущих колес паровозов имеется высокий коэффициент трения, и нет необходимости использовать «ноги». Колеса прицепленных вагонеток с грузом имеют высокий коэффициент трения о рельсы (пропорционально количеству колес), однако локомотиву нет необходимости преодолевать это трение. Необходимо преодолеть трение, находящееся в смазанных маслом осях колес, а это трение имеет меньшую величину, чем трение локомотивных колес об рельсы.
В книге «Материализм и эмпириокритицизм», в параграфе «С какой стороны подходил Н.Г.Чернышевский к критике кантианства?», В.И.Ленин процитировал слова Николая Гавриловича Чернышевского, не согласного с взглядом Канта на роль мышления в научном познании. Н.Г.Чернышевский так описал взгляд Канта: «…мышления, влагающего весь материал знаний в формы совершенно различные от форм действительного существования…»(с.383)
Правильность взгляда Канта доказана первыми строителями паровозов. Брунтон и Гордон имели представление о том, что сцепление гладких колёс локомотива с гладкими рельсами недостаточно для передвижения тяжело груженных вагонеток, своими колесами цепляющимися за рельсы, и поэтому паровозы должны быть оборудованы «ногами», посредством которых локомотив отталкивается от земли и продвигается по рельсам вместе с вагонетками. Знание о соотношении низкого коэффициенте трения колес сравнительно легкого локомотива и высокого коэффициента трения в колесах тяжело груженных вагонеток, имевшееся в мышлении Брунтона и Гордона, было СОВЕРШЕННО РАЗЛИЧНО от действительного положения дел. Брунтон и Гордон имели мнимое представление о трении в колесах.
В своей философской книге «Материализм и эмпириокритицизм» на странице 158 В.И. Ленин привел высказывание Людвига Фейербаха, из которого следует, что Фейербах соглашался с кантианским мировоззрением относительно мыслительных форм, совершенно различных от форм действительного существования. «Отрицается тождество мысли и бытия, отрицается, что порядок и т. д. существуют в природе именно так, как в голове или в чувстве человека».
Основоположение материализма звучит так: «Познание обеспечивается подобием предметов и знаков, которые обозначают предметы». Чернышевский считал своим долгом защищать материализм от того, что противоречит материализму, и по этой причине Чернышевский критиковал Канта, т.к. по философии Канта получалось, что знаки совершенно различны от предметов (предмет состоит в том, что трение об рельсы локомотивных колес является достаточным для того, чтобы заставить вращаться колеса многочисленных вагонеток, но знаки в головах первых паровозостроителей были совершенно отличным от предмета, и знаки сообщали о недостаточном трении локомотивных колес о рельсы). Чернышевский убеждал читающую публику в ошибочности философии Канта, и это должно дать материализму преимущество над идеализмом.
 
kkamlivДата: Вторник, 27.09.2016, 15:12 | Сообщение # 4
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
Глава 3. Как Богданов использовал слово «символ»

Карл Маркс: «Научные истины всегда парадоксальны, если судить на основании повседневного опыта, который улавливает лишь обманчивую видимость вещей».
Людвиг Фейербах: «Отрицается тождество мысли и бытия, отрицается, чтобы порядок и т. д. существовали в природе именно так, как в голове или в чувстве человека».
Иммануил Кант указывал, что человеческие познавательные субъективные качества вносят искажения, и искажения определяют форму проявления, поэтому представляемый объект с представляемыми свойствами, являющимися искаженными, нигде не встречается, поскольку реальный объект имеет иную форму, чем представляемый объект. Между высказываниями Канта, Фейербаха, Маркса обнаруживается почти полная идентичность.
Русский философ Александр Александрович Богданов (настоящая фамилия Малиновский) во многом согласился с Фейербахом и Марксом, и признал несоответствие между тем, что существует, и тем, что изображается в физических теориях. За такой антиматериалистический взгляд Богданов был подвергнут критике Лениным.
В.И.Ленин: «Произошло такое оригинальное явление, что ученик Оствальда, Богданов, ставши учеником Маха, стал обвинять Оствальда не за то, что он не выдерживает последовательно материалистического взгляда на энергию, а за то, что он допускает (иногда даже кладет в основу) материалистический взгляд на энергию… Богданов критикует Оствальда с идеалистической точки зрения: «...Энергетика Оствальда, — пишет Богданов в 1906 году, — привлекла самые горячие мои симпатии. Скоро я заметил, однако, важное противоречие его натурфилософии: подчеркивая много раз чисто методологическое значение понятия «энергия», Оствальд его в массе случаев не выдерживает. Энергия из чистого символа соотношений между фактами опыта у него то и дело превращается в субстанцию опыта, в материю мира...» («Эмпириомонизм», кн. III, стр. XVI-XVII). Энергия — чистый символ! Богданов может после этого сколько угодно спорить с «эмпириосимволистом» Юшкевичем, с «чистыми махистами», эмпириокритиками и т. д., — с точки зрения материалистов это будет спор между человеком, верящим в желтого черта, и человеком, верящим в зеленого черта… …от «старого» материализма, т. е. метафизического материализма естественников, Богданов пошел не к диалектическому материализму, которого он в 1906 году так же не понимал, как и в 1899 г., а к идеализму и к фидеизму, ибо против «методологического» понятия энергии, против истолкования ее как «чистого символа соотношений между фактами опыта», ни один образованный представитель современного фидеизма, ни один имманент, ни один «неокритицист» и т. д. возражать не станет»(«Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, пятое издание, т.18, с.288).
17 августа 1884 года Карл Маркс написал письмо, адресованное Лиону Филипсу, и в письме были упомянуты «отвратительные физико-метафизические бредни, вроде «скрытой теплоты» (не хуже «невидимого света»), электрического «флюида» и тому подобных средств, служащих для того, чтобы вовремя вставить словечко там, где не хватает мыслей».
Материалистическое понимание истории, как указывал Фридрих Энгельс в книге «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии», «наносит философии смертельный удар в области истории точно так же, как диалектическое понимание природы делает ненужной и невозможной всякую натурфилософию. Теперь задача в той и в другой области заключается не в том, чтобы придумывать связи из головы, а в том, чтобы открывать их в самих фактах», «Подобно натурфилософии, философия истории, права, религии и т. д. состояла в том, что место действительной связи, которую следует обнаруживать в событиях, занимала связь, измышленная философами»(Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 21, с. 316, 371).
Маркс использовал словосочетание «физико-метафизические бредни». Энгельс применил слово «измышленная» по поводу нереалистичных концепций, придуманных из головы и пытающихся раскрыть причинно-следственные связи в природных явлениях, и вступающих в противоречие с действительными фактами. Вместо слов «измышленная», «придумывать из головы», «физико-метафизические бредни», Богданов применил синоним, а именно, слово «символ». Замена одного слова на другое слово с тем же смыслом, заставила нервничать Ленина, и изрекать недовольство в адрес Богданова.
Вильгельм Оствальд считал свою теорию, касающуюся закономерностей энергии, верной копией с объективной реальности. Такой подход В.И.Ленин считал материалистическим подходом. А.А.Богданов считал теорию Оствальда обманчивой видимостью; Богданов отрицал, что энергия существует в природе именно так, как в голове Оствальда. Такой подход В.И.Ленин считал предательством материализма.
В.И.Ленин отказывался признать правильность концепции о четвертом измерении пространства. Такую концепцию Ленин называл бессодержательной нелепостью, нереальной фальшью, больной фантазией. Смысл таких слов близок к смыслу слова «символ». Словесный фетишизм заключается в том, что слово «символ» считалось идеалистическим словом, и применение этого слова Богдановым свидетельствовало об идеалистичности мировоззрения Богданова, а слова «бессодержательная нелепость», «нереальная фальшь», «больная фантазия» являются материалистическими словами, и их применение свидетельствовало о приверженности к материализму.
На странице 244 книги «Материализм и эмпириокритицизм» В.И.Ленин подверг критике философскую теорию иероглифов-символов, «по которой ощущения и понятия человека представляют из себя не копии действительных вещей и процессов природы». «Если ощущения… не суть образы вещей, а знаки и символы, не имеющие никакого сходства с ними, то исходная материалистическая посылка подрывается, подвергается некоторому сомнению существование внешних предметов, ибо знаки и символы вполне возможны по отношению к мнимым предметам»(В.И.Ленин, ПСС, т.18, с.247). В этой фразе неприкрытым образом звучит ненависть Ленина к слову «символ». В.И.Ленин 70 раз цитировал слово «символ» и производные от этого слова, в сврей философской книге, и каждый раз разоблачал реакционную сущность этих слов. Также Ленин 20 раз цитировал и критиковал слово «эмпириосимвол». Еще Ленин 10 раз выражал свое недовольство по поводу слова «условное».
Фридрих Энгельс: «В естествознании мы достаточно часто встречаемся с теориями, в которых реальные отношения поставлены на голову, в которых отражение принимается за объективную реальность, и которые нуждаются в перевертывании. Такие теории довольно часто господствуют долгое время. Подобный случай представляет нам учение о теплоте, которая почти в течение двух столетий рассматривалась как особая таинственная материя, а не как форма движения обыкновенной материи; только механическая теория теплоты произвела здесь необходимое перевертывание»(«Диалектика природы»).
А.А.Богданов обнаружил, что Вильгельм Оствальд совершил недопустимый поступок — Оствальд принял отражение за объективную реальность, отражение приравнял к отражаемому. Обнаружение этого выражается словами: «Энергия из чистого символа соотношений между фактами опыта у него то и дело превращается в субстанцию опыта, в материю мира». Поскольку Оствальд нарушил требование теории познания, сформулированное Энгельсом, то Богданов подверг критике Оствальда.
Согласно старинному учению о теплоте, считалось, что вне людей находится теплород, который подобно жидкости перетекает из одного предмета в другой предмет, вследствие чего предметы охлаждаются или нагреваются. Это учение оказалось опровергнутым после того, как обнаружено нагревание предметов в необъяснимых теплородной теорией условиях, — при трении предметов (например, нагревание при сверлении). Произошло перевертывание, о котором писал Энгельс, в результате чего признано, что теплород существует только как мысленное представление, которое ранее принимали за объективную реальность.
По мнению В.И.Ленина, реальность окружающего мира зависит от признания реалистичности теорий (объективная реальность понимается точно такой, как об реальности рассказывает теория); если кто-то отказывается принимать отражение за объективную реальность, если кто-то совершает перевертывание, то этот «кто-то» отрицает реальность окружающего мира. Богданов отказался теорию Оствальда принять за объективную реальность, и за это Ленин обвинил Богданова в отрицании окружающего мира.
«Символические ощущения», «символические представления» — это ощущения и представления, которые возникают без воздействия внешних предметов. Такой смысл вкладывал В.И.Ленин в слово «символические», и с учетом этого смысла критиковал Богданова, хотя Богданов вкладывал иной смысл — символическое является искаженным отражением реального.
В 18 томе полного собрания сочинений В.И.Ленина имеется предисловие, составленное в 1960-х годах. Философы, написавшие предисловие, указали на несколько причин кризиса в науке: «Начался пересмотр целого ряда понятий, выработанных прежней, классической физикой, представители которой стояли, как правило, на позициях стихийного, неосознанного, часто метафизического материализма, с точки зрения которого новые физические открытия казались необъяснимыми. Классическая физика исходила из метафизического отождествления материи как философской категории с определенными представлениями о ее строении. Когда же эти представления коренным образом изменились, философы-идеалисты, а также отдельные физики, стали… доказывать «несостоятельность» материализма, отрицать объективное значение научных теорий».
Если процитированное переложить на отношение к науке Оствальда и Богданова, то получится следующее. Оствальд стоял на позициях метафизического материализма, и исходил из метафизического отождествления представлений, изображенных в энергетической теории, с реальной энергией (имеется в виду отождествление по содержанию). Богданов стоял на позициях диалектического материализма, и подвергал критике Оствальда за указанное отождествление, за понимание энергетической теории за копию объективной реальности. Богданов требовал «методологического» отношения к энергетической теории, т.е. отношения в теории не как к копии. Богданов критиковал Оствальда за метафизическое отношение к научному познанию.
Взгляд Богданова почти полностью совпадал с взглядом философов, написавших в 1960-х годах предисловие к 18 тому полного собрания сочинений, и с таким взглядом Богданова Ленин был категорически не согласился. Такой взгляд Ленин посчитал антиматериалистическим взглядом.
Фридрих Энгельс вписывал в свои философские труды фразы, раскрывающие его подход к связи между фактами и абстракциями. Например, такая фраза: «Исключительная эмпирия, позволяющая себе мышление в лучшем случае разве лишь в форме математических вычислений, воображает, будто она оперирует только бесспорными фактами. В действительности же она оперирует преимущественно традиционными представлениями, по большей части устаревшими продуктами мышления своих предшественников… Эта эмпирия уже не в состоянии правильно изображать факты, ибо в их изображение прокрадывается традиционное толкование этих фактов»(«Диалектика природы»).
Смысл этого изречения Энгельса таков: во-первых, есть реальные факты, во-вторых, есть неправильное изображение фактов, и этим неправильным изображением пользуются естествоиспытатели, неправильное изображения принимая за правильное изображение. Но разве не об этом говорил Кант: априорные предпосылки искажают реальные факты и известное ученым есть искаженные факты; поскольку реальные факты подверглись искажению, то реальные факты не известны ученым.
В предпоследней главе книги «Диалектика природы» Энгельс рассказывал об экспериментах в области прохождения электричества через жидкости и жидкие растворы, и как естествоиспытатели совершали неудачные попытки объяснить полученные в экспериментах факты (по отношению к объяснениям Энгельс в этой своей книге, и также в других книгах употребляет слова «заблуждение», «бессмыслица», «ложный смысл», «мусор», «фальсификация», «сумасбродство», «теоретический промах», «поставлено на голову», «идут неверными, кривыми, ненадежными путями»).
Вот небольшой отрывок из предпоследней главы книги «Диалектика природы»: «Несмотря на то, что за последние полвека электричество все больше и больше становится на службу человеческой промышленности, оно является именно той формой движения, насчет существа которой царит еще величайшая неясность. В учении об электричестве мы имеем перед собой хаотическую массу старых, ненадежных, ни подтвержденных окончательно, ни опровергнутых окончательно экспериментов, какое-то неуверенное топтание во мраке, плохо связанные друг с другом исследования и опыты многих отдельных ученых, атакующих неизвестную область врассыпную».
И еще один отрывок из «Диалектики природы», в котором Энгельс выражает свое отношение к естественнонаучным теориям: «В ней (натурфилософии) много нелепостей и сумасбродства, — однако не больше, чем в современных не философских теориях эмпирических естествоиспытателей». «Вместе с гегельянством выбросили за борт и диалектику, — как раз в тот самый момент, когда диалектический характер процессов природы стал непреодолимо навязываться мысли… Конечным результатом стали господствующие теперь разброд и путаница в области теоретического мышления. Нельзя теперь взять в руки почти ни одной теоретической книги по естествознанию, не получив из чтения ее такого впечатления, что сами естествоиспытатели чувствуют, как сильно над ними господствует этот разброд и эта путаница»(Фридрих Энгельс, «Анти-Дюринг»).
У А.А.Богданова сложилось мнение, что теория Вильгельма Оствальда обладает недостатками, вызванные тем, о чем упоминал Фридрих Энгельс (Оствальд не в состоянии правильно изображать факты, невольно совершил фальсификацию, над Оствальдом господствует разброд и путаница, Оствальд неуверенно топчется во мраке, в том, что пытается исследовать Оствальд, все еще царят неясность и неизвестность, etс). Из недостатков Богданов сделал вывод, что в теории Оствальда имеется большое количество ошибок, теорию Оствальда нельзя считать реалистичным объяснением действительно происходящих энергетических процессов. Нереалистичность теории обозначена Богдановым словом «символ». Понятие об энергии должно называться «методологическим», т.е. символическим, в связи с тем, что это понятие не вызывает доверия, — до тех пор, пока понятие будет подвергнуто тщательной проверке при помощи практического критерия истинности.
В.И.Ленин: «…нашего спора с Богдановым, Юшкевичем и К°: копия ли с объективной реальности, с движущейся материи, или только «методология»…»(«Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, т.18, с.290),
Понятие об энергии, разработанное Оствальдом, не считалось Богдановым копией с объективной реальности, а считалось недостоверным условным символом, нуждающимся в углубленной проверке практическим критерием истинности. Ленин пришел к выводу, что «методологическое», сомнительное отношение к понятию об энергии является доказательством приверженности Богданова к идеалистическому мировоззрению.
Сомнение должно «проникнуть в отдельные области науки, вооруженные во многом преувеличенным авторитетом, чем положено принципам этих научных областей, и сами эти принципы должны быть принуждены дать отчет в том, в какой мере они являются незаменимыми»(Фрэнсис Бэкон, «Новый органон», с.64). Кондильяк: «Приучайтесь сомневаться даже в тех вещах, которые казались вам всегда несомненными». Дидро: «То, что никогда не подвергается сомнению, не может считаться доказанным»(«Философские мысли», раздел 31, 1746 год). Гельвеций: «Человек, не допускающий сомнений, подвержен множеству ошибок…познание истины является наградой за мудрое недоверие к самому себе»(Сочинения в двух томах, том 1, с.587).
В соответствии с философско-гносеологическими принципами, высказанными Бэконом, Кондильяком, Дидро и Гельвецием, А.А.Богданов сомневался в правильности представления Оствальда об энергии, не признавал представления Оствальда копией с объективной реальности.
В.И.Ленин разъяснил, к каким негативным (точнее, солипсическим) последствиям приводит незнание соотношения между абсолютной истиной и объективной истиной: «Нельзя отрицать абсолютной истины, не отрицая существования объективной истины»(«Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, т.18, с.124). Это означает — из двух обстоятельств, первое из которых заключается в признании Богдановым наличия ошибок в энергетической теории Оствальда, а второе обстоятельство заключается в согласии с гносеологическими принципами Бэкона, Кондильяка, Дидро и Гельвеция, логически вытекает признание Богдановым нереалистичности энергетической теории Оствальда; в свою очередь, признание нереалистичности теории означает нереальность энергии. Ленин постановил: Богданов утверждал о несуществовании энергии, и это доказывается сомнениями Богданова по поводу энергетической теории Оствальда. Сомнение в правильности некоторой теории, описывающей какое-либо природное явление, — равнозначно отрицанию существования того природного явление, которое описывает теория.
Исаак Ньютон в разработанной им оптической теории утверждал, что световые лучи являются очень узкими, имеющими чрезвычайно малое поперечное сечение. Исходя из такой теории, обычное зеркало не может отражать луч, но только рассеивать луч. Чтобы привести теорию в соответствие с практикой, Ньютон придумал «отражающую силу», присущую зеркалам. Реальные зеркала имеют грубую поверхность с неровностями, отражающими узкие лучи во все стороны, но «отражающая сила» имеет гладкую поверхность, и отражает лучи в одном направлении. С девятнадцатого века считается, что световой луч имеет широкое поперечное сечение, и поэтому он «не замечает» неровности, и отражается от зеркала в одном направлении.
Ньютон не смог выделить «отражающую силу» в чистом виде, в отсутствии падающих и отражаемых лучей, чтобы можно было проверить существование «отражающей силы» при помощи органов чувств. Поэтому невозможно было доказать реальное существование «отражающей силы». Ньютон включил в науку «отражающую силу», хотя он провозгласил себя приверженцем не допущения в науку того, существование чего оказалось недоказанным.
В конце девятнадцатого века ученые установили, что Исаак Ньютон ошибся в вопросе о ширине световых лучей. Если в этой ситуации применить ленинскую формулировку «Нельзя отрицать абсолютной истины, не отрицая существования объективной истины», то получится следующее: ученые отрицают правильность теории Ньютона относительно ширины световых лучей, следовательно, ученые отрицают существование световых лучей.
Ньютон не мог видеть «отражающую силу». Эта сила создана фантазией Ньютона. «Отражающая сила» не воздействовала на органы чувств Ньютона и органы чувств не могли создать в голове Ньютона соответствующее представление. Однако в голове Ньютона появлялись иные представления, связанные с деятельностью органов чувств, например, солнечные лучи воздействовали на глаза Ньютона, и в голове Ньютона появлялось представление о солнечных лучах.
Когда В.И.Ленин создавал свой принцип «Нельзя отрицать абсолютной истины, не отрицая существования объективной истины», то Ленин имел в виду, что отрицание истинности представления затрагивает все представления, независимо от того, каким образом появилось представление: то ли с воздействием на органы чувств того, о чем рассказывает представление, то ли без воздействия на органы чувств того, о чем рассказывает представление. Когда ученые в девятнадцатом веке отрицали правильность представления Ньютона о «отражающей силе», возникновение которого не связано с воздействием «отражающей силы» на органы чувств, то, согласно ленинской логике, это отрицание распространялось также и на представления, возникновение которых связано с воздействием на органы чувств. Например, солнечные лучи воздействуют на глаза, и вызывают представление о солнечных лучах. Когда какой-либо философ говорит «Я отрицаю правильность представления о «отражающей силе» и других представлений, возникновение которых не связано с воздействием на органы чувств того, о чем рассказывают представления», то это автоматически означает, по мнению Ленина, что этот философ отрицает правильность представлений, вызванных от воздействия на органы чувств того, о чем рассказывает представление, например, правильность представления о существовании в природе световых лучей.
Согласно мировоззрению Ленина, если выставить человека глупцом, отрицающим существование солнечных лучей, то тогда люди не поверят этому глупцу, когда он будет говорить о несуществовании «отражающей силы» или несуществовании чего-то другого, не воздействующего на органы чувств.
На странице 244 книги «Материализм и эмпириокритицизм» В.И.Ленин подверг критике философскую теорию иероглифов-символов, «по которой ощущения и понятия человека представляют из себя не копии действительных вещей и процессов природы». «Если ощущения и понятия не суть образы вещей, а знаки и символы, не имеющие никакого сходства с ними, то исходная материалистическая посылка подрывается, подвергается некоторому сомнению существование внешних предметов, ибо знаки и символы вполне возможны по отношению к мнимым предметам»(В.И.Ленин, ПСС, т.18, с.247). «Если понятие…берется нами из опыта, не будучи отражением объективной реальности вне нас, то теория…остается идеалистической»(с.185).
Ученые в девятнадцатом века заявили, что понятие о «отражающей силе», созданное Ньютоном, представляет из себя не копию действительных процессов природы, не имеет никакого сходства с действительной причиной отражения солнечных лучей в одном направлении, не является отражением объективной реальности. Из такого заявления ученых следует, по ленинской логике, что эти ученые являются сторонниками «теории иероглифов» или «теории символов», и эти ученые придерживаются идеалистического мировоззрения. Такие ученые подвергают сомнению существование предметов, например, существование солнечных лучей, существование зеркал. Из недоверчивого отношения к абстрактным понятиям вытекает мнимость конкретных природных явлений, мнимость солнечных лучей, мнимость зеркал.
Если человек пришел к мнимости природных явлений, то этот человек является солипсистом. Что нужно сделать для того, чтобы не стать солипсистом? Для этого нужно признать правильность, безошибочность абстрактного понятия о «отражающей силе» и других абстрактных понятий, возникших без воздействия на органы чувств того, о чем рассказывают понятия.
В конце 23 главы «Возвышенный примитивизм» рассказывается о мировоззрении Давида Юма, соглашавшегося с тем, что в головах людей возникают понятия без воздействия вещей на органы чувств.)
В.И.Ленин считал своей важнейшей задачей убедить людей в правильности абстрактных понятий, и для этого он применял доказательство «от противного», т.е. доказывал, что признание ошибочности абстрактных понятий приводит к солипсизму, признанию мнимости окружающих предметов.
Убежденность в существовании объективной реальности может быть разрушена уверенностью в заблуждении, разброде, путанице, нелепости (и прочих эпитетов, примененных Энгельсом) естественнонаучных абстрактных понятий.
Карл Маркс: «Научные истины всегда парадоксальны, если судить на основании повседневного опыта, который улавливает лишь обманчивую видимость вещей».
Людвиг Фейербах: «Отрицается тождество мысли и бытия, отрицается, чтобы порядок и т. д. существовали в природе именно так, как в голове или в чувстве человека».
Если с помощью мыслей уловлена лишь обманчивая видимость вещей, то тогда существующее в природе отличается от того, как существующее в природе изображается в голове посредством обманчивой видимости. Когда в голове наличествует уловленная обманчивая видимость, то нет вещей, точно соответствующих мыслям. Если отбросить три последних слова, то получится мнение «когда в голове наличествует уловленная обманчивая видимость, то нет вещей». Именно такой смысл имеет ленинская формулировка «Нельзя отрицать абсолютной истины, не отрицая существования объективной истины».

Иосиф Дицген сказал, что стеклянные шарики иногда выдают себя за подлинные жемчужины, но такие жемчужины представляет собой фальсификацию, иллюзию. Слова философа Дицгена можно истолковать так, что жемчужины представляют собой иллюзию, и такое истолкование будет свидетельствовать об отрицании этим философом существования в природе жемчужин. Из слов Дицгена можно сделать вывод, что он был солипсистом.
 
kkamlivДата: Вторник, 27.09.2016, 15:14 | Сообщение # 5
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
Глава 4. Номинализм. Внедрение атеизма в теорию познания. Экспериментальный солипсизм.

В конце шестнадцатого века Москва была обнесена белокаменной стеной длиной 9 километров. Внутри стены, представляющей границу Москвы, находились Кремль, место жительство купцов Китай-город, Петровский монастырь с прилагающей монастырской слободой, места поселения и работы ремесленников (Лубянская слобода, Кузнецкая слобода), и места для торговли — Тверская, Никитская, Соляная, Мясницкая слобода. Вскоре снаружи границы Москвы возникли поселения Арбат, Поварская слобода, деревни возле Сретенских, Мясницких, Покровских ворот белокаменной стены. В середине семнадцатого века эти населенные пункты были обнесены земляным валом длиной 15 километров, и оказались внутри новой границы Москвы. В начале восемнадцатого века вне земляного вала (снаружи московской границы) появились слободы — Рогожская, Преображенская, Покровская, Немецкая, поселок вокруг дворца Лефорта. В 1742 году вокруг указанных слобод устроен деревянный Камер-Коллежский забор длиной 37 километров, ставший новой границей Москвы. К 1866 году к столице присоединены Петровский парк, Сокольники, слободы Бережковская, Бутырская, Дорогомиловская, Живодерная, Лужнецкая, Рогожская, Симоновская, Шереметьевская, Ямская, Аннгофская роща. В 1879 году территория Москвы увеличена за счет Даниловской слободы, села Богородское. В 1909 году граница Москвы определялась по Московской окружной железной дороге протяженностью 54 километра. В 1927 году территория Московской области уменьшилась за счет включения в столичную территорию сел Алексеевское, Дубровка, Кожуховка, Марфино, Воробьевы горы, Соколиная гора, Лихоборы, Ростокино, Коптево, Шелепиха, Зверинец. В 1958-1961 годах произошло очередное уменьшение территории Московской области, и границей стала Московская кольцевая автомобильная дорога длиной 109 километров. В 1984 году перестали находиться на территории Московской области Солнцево, Митино, Бутово, часть Новоподрезково, часть Люберец, в 1992 году — часть Щербинки, Новобратцевский поселок. В 2012 году увеличилась в 2,4 раза площадь Москвы, из-за расширения территории в западном и южном направлении — в подчинение Москве перешли г.Троицк, г.Щербинка, г.Московский, части Подольского, Ленинского, Нарофоминского, Одинцовского, Красногорского, Люберецкого, Внуковского районов Московской области. При этом Москва вернула Московской области землю небольшой площади вблизи населенного пункта Куркино. В настоящее время граница между Москвой и Московской областью имеет протяженность около 500 километров.
Общепризнанно, что действительно существующее не зависит от человеческой психики. На протяжении весьма длительного времени площадь Москвы непрерывно увеличивалась за счет уменьшения площади Московской области, длина границы Москвы увеличилась с 9 км до 500 км, и эти процессы зависели от психики. Можно ли сделать вывод, что граница между Москвой и Московской областью не имеет действительного существования, поскольку местоположение границы зависит от психики?

В школьных учебниках по физике написано, что плотность воды равна единице. Однако это не доказано, так как никто не смог провести подтверждающие эксперименты. Можно ли считать объективно-верным утверждение о равенстве единице плотности воды, если это не проверено экспериментально?

Некоторые древнегреческие философы высказали двоякое утверждение: 1) конкретные вещи сотворены божествами, 2) в качестве инструмента при выделывании конкретных вещей божества использовали средство, представляющее собой общее (или форму), которое сейчас люди могут обнаружить при аналитическом исследовании окружающих вещей. Круглая форма яблока, круглая форма апельсина, круглая форма капусты, круглая форма Луны имеет сходство (обнаруживаемое посредством обобщения) с круглостью, и наличие сходства свидетельствует об участии круглости (т.е. формы) в творении материальных яблок, апельсинов, капусты, Луны, перепелиных яиц. В вещи проникает и сохраняется форма, которая при сотворении вещей использовалась божествами (в соответствии с замыслами божеств), и глубинная форма может быть понята при помощи углубленного изучения вещей. Изучая вещи, люди могут мысленно восстановить мысли, которыми руководствовались божества при творении вещей. Люди смогут найти ответы на вопросы: с какой целью божествам понадобилось создавать вещь именно такой, а не иной? Почему различных животных божества наделили разным количеством молочных желез, выполняющих единственную качественную функцию? Зачем божествам потребовалась такая изменчивость, такое непостоянство? Каков стабильный (единый) замысел, лежащий в основе фактической нестабильности (множественной разнообразности)? Какова тождественность, присущая животным, которые существенно отличаются друг от друга?
Божества воплощали в реальность свои замыслы относительно животных и других вещей не в полном масштабе, не до конца; обозревая незавершенное строительство, люди могут установить замыслы (в завершенном виде) божеств. Физика и биология изучают незавершенное строительство, философия изучает завершенные идеи (чертежи), для реализации которых божества совершали некоторые действия (действия тоже подлежат человеческому изучению). Люди наблюдают за животными в тот момент времени, когда божества продолжают строительство, и поэтому люди обнаруживают изменения в животных.
Возник вопрос: общая форма является материальной или нематериальной? Многие философы настаивали на нематериальности общего (формы, тождественности), и говорили следующее: при исследовании окружающих конкретных вещей в них можно мысленно обнаружить общее (общую форму), можно обнаружить сходство между общим и материально-конкретным, но общее не имеет материального характера, а имеет нематериальный психический характер. Находимое общее не находится среди яблок и апельсинов, а находится только в уме человека. Общее находится вне материального мира. При познании психического применяются специфические «психологические» методы исследования, при познании материального применяются специфические «материаловедческие» методы исследования. Общее надлежит исследовать, используя именно специфические «психологические» методы исследования, но никак не «материаловедческие» методы исследования. Форма, общее, тождественное познается умственными усилиями, и поэтому общее и т.п. имеет умственно-психический характер, и не имеет материального характера. Само собой разумеется, что познаваемое органами чувств во многих случаях имеет материальный характер. Научное направление, настаивающее на психическом характере общего, получило название номинализм. Анти-номинализм признает пребывание общего внутри материального мира, и настаивает на двойственном характере общего (и психический характер, и материальный характер). Когда человек размышляет о чем-то общем, мысленно аргументирует материальное существование общего с использованием логических доказательств, и мысленно наделяет общее свойством находится вне человека, то общее имеется в голове человека в виде мысли, и наличие в голове мысленного общего сопровождается наличием вне головы материального общего. Что логически обосновывается как находящееся вне человека, то существует вне человека. Анти-номиналисты говорили о том, что имеется «автоматическое» соответствие между порядком идей и порядком вещей. «Порядок и связь вещей тот же, что порядок и связь идей»(Спиноза).
Людвиг Фейербах, будучи противником анти-номинализма, не соглашался с тем, что наличие в уме некоторой обобщенной мысли, получившей логическое обоснование, является убедительным и достаточным доказательством существования в окружающем материальном мире того, что соответствует обобщенной мысли. Фейербах считал, что материальное существование доказывается иным образом, например, воздействием на органы чувств — «Быть не значит существовать в мысли…Доказать, что нечто существует, значит доказать, что оно существует не только в мысли»(высказывание Фейербаха в переводе Плеханова цитируется по книге «Философские тетради», ПСС, т. 29, с.455). Аналогичной точки зрения придерживались номиналисты Джордж Беркли и Уильям Оккам — материальное существование удостоверяется восприятием органами чувств (люди с помощью органов чувств обнаруживают различие между материальным и нематериальным, между реалистичным и нереалистичным). Степень сомнения в существовании зависит от большей или меньшей интенсивности ощущений. Логически обоснованное представление, не подтверждаемое показаниями органов чувств, нереалистично и недействительно. Абстракция без ощущений — ноль. «Чувственное познание вещей есть познание, которое дает нам возможность знать, существует или не существует вещь… С другой стороны, абстрактное познание есть познание, посредством которого нельзя с очевидностью знать, существует ли частный факт или нет»(Оккам).
Роджер Бэкон в книге «Третий труд» настаивал на вероятном характере знания, получаемого логическим путем; экспериментальная наука должна с сомнением относиться к логическим аргументам, «какими бы сильными они ни были, потому что они не доказывают истину, если одновременно с ними не присутствует опыт».
Анти-номиналист Рене Декарт утверждал: если человек ясно и отчетливо представляет себе некоторый предмет, то это является достаточным доказательством реалистичности представления, то есть наличия в окружающем мире материального предмета, мысль о котором ясна и отчетлива. Похожим образом относился к материальному существованию Фома Аквинский: реально существует то, существование чего доказано посредством логических умозаключений.
Древнейшие фотосинтезирующие существа содержат пигмент фикобилин, обладающий свойством поглощать солнечный свет, и также поглощать углекислый газ, и из этих компонентов вырабатывать кислород и некоторые разновидности сахара и крахмала. Фикобилин поглощает не все солнечные лучи, а только лучи зеленого цвета. Зеленые лучи, приходящие от Солнца, задействованы в переработке углекислого газа; однако среди солнечных лучей различных цветов, преобладают лучи желтого цвета, а зеленые лучи имеют второстепенное или третьестепенное значение. Получается парадокс — фикобилин должен был приспособиться к использованию именно желтых лучей, поскольку их больше, чем зеленых лучей, но на первый взгляд кажется, что приспособление не произошло. По мнению некоторых ученых, парадокс разрешается принятием концепции, что миллиард лет назад земная атмосфера имела иной химический состав, не пропускающий лучи желтого цветов, но пропускающий через себя лучи зеленого цвета, и поэтому миллиард лет назад прародители сегодняшних растений имели приспособление к солнечным лучам наибольшей интенсивности, т.е. к солнечным лучам зеленого цвета. Миллиард лет назад прародителям растений не было необходимости приспосабливаться к желтым лучам, потому что желтые лучи не доходили до поверхности Земли. С тех пор условия на Земле изменились, земная атмосфера обрела способность пропускать через себя желтые лучи (современные растения приспособились воспринимать желтые и оранжевые лучи), но тем не менее у фикобилина сохранилась первоначальная приспособленность к зеленым лучам. Из этого факта логически выводится неспособность атмосферы миллиард лет назад пропускать через себя желтые солнечные лучи.
С позиции анти-номиналистов Рене Декарта и Фомы Аквинского, если взять упомянутый реальный факт (приспособленность фикобилина к использованию зеленой части спектра) и применить к факту обобщающие логические принципы, то это приведет к реальности, заключающейся в непрозрачности атмосферы для желтых лучей. Можно отчетливо и ясно представить атмосферу, не пропускающую сквозь себя желтые лучи от Солнца, и это доказывает неспособность желтых лучей достигнуть фикобилина. Существование вещи доказывается посредством указания на логическую обоснованность представления о вещи.
С позиции номиналистов Людвига Фейербаха и Джорджа Беркли, сегодня невозможно при помощи органов чувств проверить прохождение или непрохождение миллиард лет назад желтых лучей сквозь атмосферу, и поэтому обобщенная мысль о непрозрачности вызывает недоверие к себе. Не воздействующее сейчас на органы чувств существует только как представление. Можно создать в голове представление о том, что глаза никогда не видели, но наличие представления в голове относительно непрохождения желтых лучей через атмосферу не доказывает наличие такой атмосферы миллиард лет назад.
Вокруг планеты Плутон вращается несколько спутников, и самый крупный из них имеет название Харон. Харон имеет значительную массу, примерно в восемь раз уступающую массе Плутона. Строго говоря, Плутон и Харон — не планета со спутником, а система из вращающихся друг вокруг друга планет; центр вращения находится на расстоянии 500-1000 км над поверхностью Плутона, т.е. центр вращения двух планет вынесен за пределы Плутона. Харон движется по окружности, находясь на расстоянии приблизительно 17 тысяч км от центра вращения плутон-хароновской системы.
С позиции анти-номиналистов Рене Декарта и Фомы Аквинского, исследование фактических параметров движения Плутона и Харона, и применение к ним геометрических построений позволяет строго логично придти к обобщенному умозаключению о местонахождении центра вращения двух массивных тел. Логическое и геометрическое обобщение, сотворенное мышлением, приводит к реальному существованию центра масс. Что человек может отчетливо представить и логически обосновать, то существует как материальный объект. Объективная истина не зависит от того, что показывают органы чувств.
С позиции номиналистов Людвига Фейербаха и Джорджа Беркли, в том месте пространства, вокруг которого якобы вращается плутон-хароновская система, находится пустота. Пустота не воздействует на органы чувств, глазу не за что уцепиться, и показания органов чувств не указывают на местоположение центра масс. Из невозможности обнаружить органами чувств или научными приборами местоположение центра масс вытекает сомнительное отношение к центру масс. Не обнаруженное органами чувств (и научными измерительными приборами) существует только как обобщенное представление. Свойство предмета «находиться снаружи от органа чувств» становится известным только тогда, когда предмет воздействует на орган чувств. Нельзя считать вещь находящейся в окружающем материальном мире, покуда нет соответствующих сообщений от органов чувств (или научных измерительных приборов).
(Органы чувств не сообщают уму сведения о местоположении центра масс плутон-хароновской системы, и поэтому представление о местоположении центра масс не имеет своим источником органы чувств.)
(При помощи научных приборов можно обнаружить невидимые для глаза ультрафиолетовые лучи, но при помощи приборов невозможно обнаружить невидимый для глаз центр масс двух астрономических объектов, вращающихся друг возле друга, поскольку отсутствует гравитационная сила в центре взаимного вращения.)
Ботаник Роберт Броун в 1827 году обнаружил при помощи микроскопа, что цветочная пыльца размером менее 3 микрометров, находящаяся в воде в взвешенном состоянии, хаотических и зигзагообразно движется во всевозможных направлениях. Из этого природного явления можно сделать вывод, что движения наблюдаемого объекта (броуновских частиц) происходят от случайных толчков более мелкого ненаблюдаемого объекта. Исходя из веса пыльцы и из длины пробега пыльцы, был рассчитан вес молекул, из которых состоит вода. Расчет характеристик молекул воды и других жидкостей также исходил из распределения количества пыльцы по вертикали (в верхней части пробирки с водой пыльцы мало, а в нижней части пробирки — много).
С позиции анти-номиналистов Рене Декарта и Фомы Аквинского, рассчитанный вес молекул воды является реалистичным, и можно доверять мыслительному расчету. С позиции номиналистов Людвига Фейербаха и Джорджа Беркли, нельзя доверять расчетам, и нельзя доверять всему познанному через мышление. Логическое или математическое обоснование содержит скрытые ошибки, скрытую произвольность, и поэтому нельзя доверять логическому обоснованию. Номинализм критикует доверчивое отношение к информации, источником которой является мышление, и не подтвержденной информацией, поступающей от органов чувств.
В.И.Ленин: «Англичанин Карл Пирсон выражается со свойственной ему определенностью: «Законы науки — гораздо больше продукты человеческого ума, чем факты внешнего мира» («The Grammar of Science», p. 36)»(«Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, т.18, с.165).
Хаотическое движение пыльцы, неравномерное распределение пыльцы в жидкости по вертикали (внизу густо, вверху редко) есть факт внешнего мира, поскольку это воспринимается органами чувств. Закон науки, представляющий собой рассчитанный вес молекул различных жидкостей, есть продукт человеческого ума, продукт математических вычислений. Вес молекул воды или иной жидкости не воспринимается органами чувств, и поэтому вес молекул не является фактом внешнего мира (и не вызывает к себе доверия, как и многие иные продукты человеческого ума, не проверенные органами чувств).
Луи де Бройль: «Невозможно непосредственно изучать внутреннее строение атома, этого микромира невообразимо малых размеров, характеризуемого процессами, недоступными нашему прямому восприятию. Структура атома проявляется только косвенно в явлениях макроскопического масштаба, которые как-то связаны с его внутренним строением».
Логические размышления о причинах, находящихся в микромире, когда логические размышления основаны на косвенных данных (на макроскопических следствиях), нельзя считать реалистичными, — так говорят номиналисты.
(В конце главы приводится еще один пример из физики, связанный с температурой замерзания безводного спирта, который можно использовать как оселок для номиналистического понимания и анти-номиналистического понимания.)
 
kkamlivДата: Вторник, 27.09.2016, 15:15 | Сообщение # 6
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
Константин Буажире таким образом описывал номинализм и анти-номинализм: «В первом случае мы видим предмет, мы воспринимаем его своими чувствами. Мы судим и говорим о нем на основе ощущений. Во втором случае речь идет о предметах, находящихся вне досягаемости наших чувств, и мы говорим о них лишь на основе догадок и предположений. Необходимо доказать, что картины, которые рисует нам наш разум, вполне сходны с их моделями, что он отображает объекты точно такими, какими они существуют в действительности; такой результат может быть получен лишь в тех случаях, когда об этих объектах нам могут свидетельствовать чувства, когда эти объекты доступны рассмотрению с помощью чувств. О предметах, которые не могут быть подвергнуты такому испытанию… в отношении таких предметов не существует никаких правил проверки, никаких опорных пунктов для сравнения, никаких способов их достоверного познания»(Константин Буажире, 1791 год, из книги «Руины», глава 24).
В.И. Ленин дал краткое описание номинализма: «Рассуждение с точки зрения того прямого и незапутанного махизма, который открыто защищал Мах в 1872 году, совершенно непреложное: если молекулы, атомы, химические элементы нельзя ощущать, то они «только мыслительные вещи»…не имеют объективно-реального значения», «Разбирая вопрос о строении материи, Риккер берет для примера воздух, говорит о том, что воздух состоит из газов и что наука разлагает «всякий элементарный газ на смесь атомов и эфира». Вот здесь, — продолжает он, — нам кричат: «Стоп!». Молекул и атомов нельзя видеть… их нельзя рассматривать, как реальности», «только чувственное существует», «существует только чувственное бытие», «тот вещественный, чувственно воспринимаемый нами мир, к которому принадлежим мы сами, есть единственно действительный мир»(«Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, т.18, с.187, 291, 133, 230, 85). Про то, что не воздействует на органы чувств, хотя представление о нем имеется в голове, надо говорить «находится только во мне» и нельзя говорить «находится перед мною», «находится вне меня»(с.86). Нет воздействия, — нет признания реалистичности.
На страницах 75 и 130 В.И.Ленин выразился в том смысле, что ощущения являются точной калькой с объективных предметов, и это позволяет использовать ощущения в качестве критерия существования предметов; лешие, домовые, русалки не воздействуют на органы чувств, чем доказывается их фантастичность и нереальность. Некоторые философы отказываются считать ощущения калькой, и эти философы утрачивают способность различать существующее и несуществующее, путаются в реалистичности леших, домовых, русалок, не могут осознать как объективное то, что изображается в ощущениях и находящееся по ту сторону органов чувств.
«Понятия есть только логические функции и, как таковые, не составляют ни малейшего знания об объекте самом по себе, а нуждаются в чувственном созерцании», «Только возможный опыт может сообщить нашим понятиям реальность; без этого всякое понятие есть лишь идея, лишенная истины», «Посредством одних лишь категорий, — без чувственного созерцания, — вовсе не может быть познания вещей», «В одном лишь понятии вещи нельзя найти признак ее существования. Действительно, если даже понятие столь полное, что имеется абсолютно все для того, чтобы мыслить вещь со всеми ее внутренними определениями, тем не менее существование не имеет никакого отношения ко всему этому, а оно связано лишь с тем, дана ли нам такая вещь так, что восприятие ее…признак действительности»(Иммануил Кант).
Между номиналистами и анти-номиналистами имеются разногласия в вопросе о реалистичности представлений, и разногласия выливаются в обвинения — номиналисты обвиняют анти-номиналистов в приписывании реалистичности тому, что на самом деле не является реалистичным. Такое приписывание обозначается словом «метафизика».
В.И.Ленин: «Метафизиками, надо сказать, обзывают материалистов многие идеалисты и все агностики (кантианцы и юмисты в том числе), потому что им кажется, будто признание существования внешнего мира, независимого от сознания человека, есть выход за пределы опыта», «Всякое признание вещей за пределами чувственных восприятий Пирсон объявляет метафизикой», «Пирсон из себя выходит, воюя против понятия материи, как чего-то существующего независимо от наших чувственных восприятий»(«Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, т.18, с.59, 47, 90).
Карл Пирсон воевал против доверчивого отношения к метафизическим понятиям, выходящим за пределы опыта (ощущений), например, к понятию «отражающая сила», поскольку «отражающая сила» отразилась в сознании не посредством деятельности человеческих органов чувств, ощутивших «отражающую силу», а посредством деятельности фантазирующего мышления. Это понятие было метафизическим понятием, не обоснованным со стороны органов чувств. Это понятие создавалось за пределами чувственных восприятий. Ньютон признавал существование «отражающей силы» в окружающем материальном мире, но Пирсон отказывал в существовании «отражающей силе» и иному метафизическому, не связанному напрямую с работой органов чувств. Отказ в существовании тому, что описывается понятием, разработанным в условиях выхода за пределы опыта, в условиях не воздействия на органы чувств, вне рамок чувственных восприятий, но внутри рамок фантазии, является, по мнению Ленина, проявлением агностицизма или кантианства.
«Вещь независима». Иммануил Кант и Карл Пирсон вкладывали следующий смысл в это словосочетание: вещь уединяется от человеческих органов чувств, и не соприкасается с органами чувств. Вещь не воздействует на органы чувств, человек не обнаруживает (посредством органов чувств) вещь в окружающем мире, однако мысленное понятие возникает, и в таких условиях требуется говорить о том, что «мыслительная вещь» (мысленное представление о вещи) «находится только внутри моего мышления». Отсутствие чувственных восприятий, когда «вещь независима», требует считать «мыслительную вещь» (мысленное представление о вещи) нереалистичной, так как существование представления не сопровождается необходимым и убедительным доказательством существования материальной вещи. Словесное утверждение о существовании материальной вещи противоречит ощущениям, когда ощущения не свидетельствуют о существовании материальной вещи. Противоречие обозначается словосочетаниями «выход за границы ощущений, выход за пределы чувственных восприятий». Молчаливо подразумевается, что не происходит выход за границы ощущений, когда воздействие вещи на органы чувств приводит к ощущениям, когда словесное утверждение о существовании вещи тесно связано с показаниями органов чувств, ощущающих вещь. Считается находящимся вне границ ощущений обсуждение вопроса о реалистичности представлений, когда к обсуждению вопроса не привлекается находящееся внутри границ ощущений. Словесное утверждение о существовании вещи, существование которой не подтверждено показаниями органов чувств, является метафизическим утверждением.
«Читателю мы напомним Беркли, который в 1710 году упрекал материалистов за то, что они признают «объекты сами по себе», существующие независимо от нашего сознания» (В.И.Ленин, «Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, т.18, с.81).
Если слово «независимо» понимать как «не воздействующее на органы чувств», то тогда получится простая мысль: материалисты признают реальное существование того, существование чего нельзя проверить при помощи воздействия на органы чувств; материалисты признают физическое существование того, что выходит за пределы физической проверки (при помощи органов чувств или научных приборов); выходящее за рамки физической проверки является метафизическим. В 1896 году Христиан Эйкман высказывал слова о физическом существовании в рисовой шелухе веществ, предотвращающих болезнь бери-бери, однако Эйкман не смог при помощи научных приборов доказать физическое наличие в рисовой шелухе веществ, которым приписывалась способность предотвращать болезнь; в связи с этим, Эйкман был метафизиком.
В.И.Ленин объяснил, как он понимает словосочетание «вещь независима»: рассматривание, ощупывание, обнюхивание, облизывание, обслушивание, взвешивание вещей не влияет на существование вещей; свойство вещей «находиться перед мною», «находиться вне меня» не зависит от того, рассматриваются вещи или не рассматриваются, обнюхиваются вещи или не обнюхиваются, обнаруживает или не обнаруживает человек вещи. В.И.Ленин признавал наличие вещей «перед мною», когда отсутствует связь между вещами и органами чувств, когда ощущения не свидетельствуют о существовании материальных вещей (подобно тому, как Эйкман признавал наличие в рисовой шелухе веществ, предотвращающих болезнь бери-бери, в условиях не выявления этих веществ научными приборами). Не обнаружение человеком вещи нисколько не влияет на то, что вещь находится в окружающем материальном мире, и нужно говорить две фразы: «вещь в виде мысли находится внутри моего мышления» и «материальная вещь находится вне меня». Предметы существуют независимо от ощущений, и поэтому нет необходимости с помощью ощущений обосновывать существование предметов. Таково философское обоснование для не использования ощущений с целью подтверждения существования предметов. Материалист В.И.Ленин прямо заключал о существовании вещей, не прибегая к содействию показаний органов чувств. Нет необходимости выискивать материальную вещь при помощи органов чувств, чтобы убедиться в существовании вещи. Нет необходимости выискивать материальную вещь при помощи органов чувств, чтобы убедиться в реалистичности мысленного представления.
Берклианцы не могут прямо заключать, берклианцы вынуждены идти окольным путем, что вывести реалистичность мысленного представления из показаний органов чувств. Быть реалистичным — значит быть воспринимаемым.
«За пределами чувственных восприятий». Это нужно понимать в соответствии с точкой зрения Константина Буажире — картины, которые рисует разум, подлежат проверке на сходство с объектами, но проверка невозможна, когда объекты не доступны для рассмотрения с помощью чувств. Внутри пределов чувственных восприятий — это доступность объекта для рассмотрения. За пределами чувственных восприятий — это недоступность объекта для рассмотрения с помощью органов чувств. С позиции номинализма, недоступность объекта делает невозможным достоверное познание (пока объект невозможно исследовать органами чувств, он непознаваем). С позиции анти-номинализма, недоступность не играет существенной роли, и посредством логического обоснования можно придти к достоверному знанию. Номиналисты называют анти-номиналистов метафизиками за признание доступности подлинного знания о недоступном, за чрезмерное доверие к логическому обоснованию, якобы не нуждающемуся в проверке со стороны органов чувств, которые, по мнению анти-номиналистов, имеют многочисленные недостатки (зачастую ошибаются, недостаточно точны, не замечают атмосферного давления, не могут воспринять квадратичную зависимость силы земного притяжения от расстояния, и другое). Грош — цена проверки посредством органов чувств, когда ощущения искажены, когда имеет место то, что Френсис Бэкон обозначил словами: «Ум человека уподобляется неровному зеркалу, которое, примешивая к природе вещей свою природу, отражает вещи в искривлённом и обезображенном виде».
Представление должно быть обосновано показаниями органов чувств. Когда у человека нет такого обоснования, или обоснование есть, но оно считается искаженным, однако человек утверждает о реалистичности представления, то этот человек является метафизиком. Чтобы не быть метафизиком, человек должен логическое обоснование подкреплять неискаженными показаниями органов чувств (подобно тому, как Казимир Функ в эксперименте показал способность желтых кристаллов излечивать голубей от болезни).
Ленинское понимание словосочетания «за пределами чувственных восприятий» таково: предел проходит через органы чувств, и разделяет существующее на два мира, а именно, внутренний мир и внешний мир; внешний мир расположен «за пределами чувственных восприятий». При таком препарировании словосочетания получается, что юмисты и прочие идеалисты не соглашаются с существованием вещей во внешнем мире. Ленин вложил нужный ему смысл в словосочетание «за пределами чувственных восприятий», и получил нужный вывод: юмисты и прочие идеалисты являются солипсистами, ибо они не признают существование вещей во внешнем мире. Номинализм имеет сходство с солипсизмом, и этим воспользовался Ленин — он брал высказывания Беркли, Юма, обосновывающие номинализм, и в высказывания Ленин вкладывал солипсический смысл.
С формальной точки зрения, Карл Пирсон не совершил ошибку, когда воевал против понятия материи, как чего-то существующего независимо от человека. Люди своим мышлением создают понятия, формой существования понятий является мысль, и от существования человеческих мыслей зависит существование понятий.
На странице 65 книги «Материализм и эмпириокритицизм» имеется ленинский комментарий к размышлениям Беркли: «…довод Беркли: я ощущаю только свои ощущения, я не имею права предполагать «объекты сами по себе» вне моего ощущения».
В.И.Ленин старался убедить в том, что слова «вне ощущения» нужно понимать как «снаружи органа чувств, в котором возникают ощущения». При такой трактовке получается высказывание: я не имею права предполагать объекты, находящиеся снаружи органа чувств. Но в слова «вне ощущения» Беркли вкладывал иной смысл: это отсутствие воздействия на органы чувств, что сопровождается отсутствием ощущений. Поэтому подлинный смысл процитированного изречения Беркли таков: я противник метафизики, я не имею права предполагать существование объектов, о которых органы чувств не предоставляют уму никакой информации, но я считаю реальными объекты, когда от ощущений исходит информация. Такой смысл высказывания не позволяет называть Беркли солипсистом, то есть человеком, отрицающим существование всех вещей.
На странице 21 В.И.Ленин приводит высказывание Джорджа Беркли о том, что необходимо отрицать существование основ вне сознания, хотя основы считаются основаниями чувственных качеств (вес, прочность, протяженность и т.п.). В словосочетание «основы вне сознания» Ленин вкладывал такой смысл: основы, находящиеся вне вместилища сознания. С точки зрения В.И.Ленина получается, что Беркли требует отрицать существование основ, находящихся вне головного мозга. Ленин считал доказанным, что Беркли был солипсистом. Но на самом деле Беркли подразумевал совершенно иное — основа вне сознания представляет собой основу, не отразившуюся в сознании из-за бездействия органов чувств, поскольку на органы чувств не воздействует основа. Другими словами, основы вне осознания находятся тогда, когда основы не воздействуют на органы чувств. Для иллюстрации мировоззрения Джорджа Беркли, можно взглянуть на его мировоззрение сквозь призму научного открытия, сделанным Уильямом Гильбертом в 1600 году. Гильберт доказал, что стрелка компаса ориентируется вдоль магнитных линий, проходящих от южного магнитного полюса Земли к северному магнитному полюсу Земли. Магнитные линии направлены приблизительно параллельно меридианам. Когда Гильберт наблюдал за стрелкой компаса, то у Гильберта появлялись чувственные восприятия, позволяющие установить направление на юг и на север. Основой чувственных восприятий были магнитные линии, заставляющие стрелку компаса ориентироваться в направлении юг-север. Исходя из своих чувственных восприятий (наблюдения за движением стрелки), Гильберт сделал абстрактное обобщение о том, что существуют магнитные линии Земли. Правдивость абстрактного обобщения не могло быть проверено посредством органов чувств, так как органы чувств Гильберта не способны воспринять магнитное поле. Джордж Беркли признавал существование стрелки компаса, так как стрелка обладала чувственными качествами (вес, прочность, протяженность, ориентация в пространстве), которые воздействуют на органы чувств. Однако Беркли отрицал реалистичность абстрактного обобщения о магнитных линиях, так как обобщение не проверяемо показаниями органов чувств. Органы чувств не реагируют на магнитные линии, и поэтому созданное Гильбертом абстрактное обобщение весьма и весьма сомнительно.
Человек создает в своей голове наглядный образ ненаглядного, не опираясь полностью на ощущения, и отсутствие показаний органов чувств делает образ произвольным (антиномичным).
Согласно мировоззрению Ленина, когда Беркли признал реальность (отсутствие произвольности) стрелки компаса, то такое признание является поддельным, такое признание сделано для маскировки отрицания реальности стрелки компаса. Беркли утверждал, что его мнение о реалистичности ощущаемого и нереалистичности (произвольности, антиномичности) неощущаемого, должно считаться последовательным и непротиворечивым. (В двадцатой главе «Физиологический идеализм» продолжается обсуждение того, насколько последовательным и непротиворечивым является мнение Джорджа Беркли.) Но В.И.Ленин не согласился с утверждением Д.Беркли о непротиверечивости берклианства, т.к. Ленин нашел в сочинениях Беркли намеки на нереалистичность ощущаемого.
Зафиксирована ли в истории науки нереалистичность ощущаемого? Да. Представим ведро, сделанное из очень легкого материала; представим, что мы опустили ведро в воду и вытащили вверх ведро с водой. Своими руками мы почувствуем, что ведро тяжелое, что вода имеет вес. Потом опустим ведро с водой обратно в воду. Ведро, сделанное из легкого материала, содержащее в себе воду, полностью погруженное в воду, ничего не весит. Об этом сообщают мышцы рук, которые без напряжения удерживают ведро. Вода, находящаяся в воде, не имеет веса. Или все-таки имеет? Естествоиспытатели долго колебались в выборе ответа, и в середине семнадцатого века сошлись на том, что вода, находящаяся в воде, имеет вес, и воздух, находящийся в воздухе, имеет вес. Органы чувств сообщают, что веса нет, и такое сообщение не открывает истинной природы воды и воздуха.
Галилео Галилей размышлял над ощущаемым, и пришел к выводу, что вода, находящаяся в воде, не имеет веса. Последующее поколение ученых признало точку зрения Галилея ошибочной. Последующие естествоиспытатели признали нереалистичность размышлений Галилея над ощущаемым. Таким образом, В.И.Ленин поступил вполне обоснованно, когда выразился в том смысле, что в сочинениях Беркли имеются намеки на нереалистичность ощущаемого, и эти намеки указывают на поддельность утверждения Беркли о признании им реалистичности ощущаемого. Заявление о реалистичности ощущаемого сделано Беркли для сокрытия подлинных взглядов Беркли о нереалистичности ощущаемого, — такой вывод сделал В.И.Ленин. Джордж Беркли умело маскировал свои истинные взгляды, подделываясь под противоположные взгляды (с.22).
 
kkamlivДата: Вторник, 27.09.2016, 15:16 | Сообщение # 7
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
Фома Аквинский настаивал на отсутствии субъективистической произвольности в знании о том, что не воспринимается органами чувств, и убежденность в этом оспаривалось Джорджем Беркли. Образы произвольны, и Беркли определил условие, при котором умозрительное представление произвольно, — такое условие состоит в неудачной попытке обнаружить в природе чувственно-воспринимаемую вещь, соответствующую представлению об общем. Неудачная попытка обнаружения свидетельствует о несуществовании того, что не обнаружено (и нереалистичности представления о том, что не обнаружено).
Что мог бы сделать Беркли, чтобы избавиться от обвинений Ленина по поводу солипсичности берклианства? Ленин сменил бы гнев на милость, если бы Беркли признал реалистичность того, что не обнаружено органами чувств. И если бы Беркли тщательно устранил из своих сочинений намеки на нереалистичность ощущаемого. Если бы Беркли взял пример с Ленина, в своих философских сочинениях не допустившего ни одного намека на нереалистичность размышлений над ощущаемым, и тем самым непреклонно-последовательно проводившего материалистическую линию в философии.
Людвиг Фейербах не испытывал желания последовательно проводить материалистическую линию в философии, и он иногда отступал от материализма, сообщая о нереалистичности ощущений (и тем самым поддерживал взгляд Беркли, тот самый взгляд, который Беркли пытался замаскировать, но Ленин скинул маскировочную сетку с взгляда Беркли). Нереалистичность ощущений выражена Фейербахом словами: «Чувство дает только видимость», «Чувствами мы читаем книгу природы, но понимаем ее не чувствами», «Отрицается тождество мысли и бытия, отрицается, что порядок и т. д. существуют в природе именно так, как в голове или в чувстве человека».
Абстракция, не выполняющая функцию указания на существование чувственного, является неистинной абстракцией. «Необходимо понятия делать чувственными, т.е. присоединять к ним созерцание предмета»(И.Кант). Вероятно, это изречение Иммануила Канта имелось ввиду, когда Карл Маркс писал: «Вопрос о том, обладает ли человеческое мышление предметной истинностью, — вовсе не вопрос теории, а практический вопрос... Спор о действительности или недействительности мышления, изолирующегося от практики, есть чисто схоластический вопрос»(слова Маркса цитируются по книге «Материализм и эмпириокритицизм», с.103).
Только в одном месте своей философской книги В.И.Ленин изложил правильное истолкование слов Беркли относительно «основы вне сознания», «объектов вне ощущения», и истолкование имеет следующее содержание: «отрицание бытия вещей вне их действия на органы чувств»(«Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, т.18, с.83). Беркли отрицал существование тех вещей, которые не действуют на органы чувств (несмотря на наличие логического обоснования существования). Джордж Беркли придерживался точки зрения, что спор о действительности или недействительности логического обоснования есть чисто схоластический вопрос, покуда на практике не проведена проверка насчет воздействия на органы чувств того, чье существование доказывается при помощи логико-умозрительного обоснования.
Вещь, которую никто не видел и месторасположение которой неизвестно, нельзя считать материальной вещью, а нужно считать всего лишь психическим представлением, — так считал Беркли. С этим не соглашался Ленин, и во мнении Беркли усматривал попытку материальную вещь подменить психическим представлением, т.е. попытку уменьшить количество материальных вещей. Чтобы сохранить материальные вещи и положить конец уменьшению количеству вещей, Ленин настаивал на независимости существования вещей от показаний органов чувств. Если вещь никто не видел, то это не значит, что она не существует. Вещь является материальной, и это не зависит от объема знаний, имеющихся у человека относительно вещи.
И.Кант: «Умопостигаемый мир содержит основание чувственно воспринимаемого мира». Уильям Гильберт изучил поведение стрелки компаса (доступной для органов чувств), на основании чувственных сведений, предоставленных стрелкой, сделал умозрительный (придуманный) вывод о существовании магнитных линий (не доступных для органов чувств), и заявил о том, что умозрение изображает то, что является основанием поведения стрелки. Уильям Гильберт создал обобщенное представление (о магнитных линиях), значительно отличающееся от исходной вещи (стрелки), и общее представление изображает вещь, наделенной способностью влиять на исходную вещь. Мысль, находящаяся внутри черепной коробки, способна наделить содержание мысли возможностью находиться вне черепной коробки. Если при помощью органов чувств обнаружено вне черепной коробки содержание мысли, то мысль реалистична. Спор о действительности или недействительности мышления содержащего в себе в обобщенной форме изображение вещи, являющееся основанием иной чувственно-воспринимаемой вещи, когда спор изолируется от практики, есть чисто схоластический спор.
На странице 116 книги «Материализм и эмпириокритицизм» Ленин рассказал о том, каким образом идеалисты критикуют материалистов, и из этой критики становиться понятно содержание кантианского идеализма: «…внешний мир лежит «за границами» ощущений, восприятий, представлений человека. Но словечко «трансцензус» выдает Базарова паки и паки. Это — специфически кантовский и юмовский «выверт», проведение принципиальной грани между явлением и вещью в себе. Перейти от явления или, если хотите, от нашего ощущения, восприятия и т. п. к вещи, существующей вне восприятия, есть трансцензус, говорит Кант… И кантианцы, подобно юмистам, называют материалистов «метафизиками», трансцендентальными реалистами, совершающими незаконный переход (по-латыни transcensus) из одной области в другую, принципиально отличную, область».
Априорные предпосылки искажают восприятие. Имея в своем распоряжении искаженные восприятия, человек пытается создать в своей голове неискаженный (и нуждающийся в проверке) образ вещи, от воздействия которой появилось искаженное восприятие. При помощи того, что кажется, создается представления о существующем на самом деле. Выражение «переход от восприятия к вещи вне восприятия» означает переход от искаженного восприятия, переход с использованием именно искаженных восприятий (потому что отсутствуют неискаженные восприятия), к построению в голове мысленными усилиями истинного представления о вещи. Подразумевается, что истинное представление о вещи будет противоречить искаженному восприятию. Важнейшим моментом такого перехода является признание восприятий искаженными.
Николай Коперник уверил самого себя, что восприятие движения звезд вокруг Земли является искаженным восприятием. Коперник разработал альтернативное представление о вращении Земли вокруг своей оси с периодом 24 часа. Коперник совершил переход от искаженного восприятия (циклическое движение звезд вокруг Земли с периодом 24 часа) к вещи вне искаженного восприятия (к вещи, противоречащей искаженному восприятию), и вещь есть вращение Земли вокруг своей оси. Проводил ли Николай Коперник принципиальную грань между проявлением и вещью-в-себе, между движением звезд по кругу и круговым вращением Земли вокруг своей оси? Проводил. Ленин говорил, что проведение принципиальной грани между проявлением и вещью-в-себе есть проявление философского идеализма. Это значит, что Коперник был философским идеалистом.
«Называя предмет в каком-то отношении только феноменом, рассудок создает себе в то же время помимо этого отношения еще представление о предмете самом по себе», «Рассудок мыслит предмет сам по себе, однако только как трансцендентальный объект, который составляет причину явления (не будучи, следовательно, сам явлением)», «Если явлениям не придавать большего значения, чем они на самом деле являются, т.е. не считать их вещами в себе, а только представлениями, связывающимися по эмпирическим законам, то сами они должны иметь свое основание, лежащее вне круга явлений», «С помощью чувственности мы не то что неясно познаем свойства вещей самих по себе, а вообще не познаем свойства»(И.Кант). Искаженные ощущения являются источником логического обоснования, но логическое обоснование должно быть таким, чтобы вступить в противоречие с показаниями органов чувств. Внешние чувственно-воспринимаемые обнаружения являются несущественными для передачи специфики вещи-в-себе.
Исаак Ньютон уверил самого себя, что вестибулярный аппарат дает искаженную информацию, согласно которой сила земного притяжения не зависит от расстояния между глубинными слоями земли и человеком, внутри которого находится вестибулярный аппарат. Ньютон счел допустимым и желательным создать в своей голове воображаемую силу земного притяжения, совершенно различную от ощущаемой силы земного притяжения. Вступив в противоречие с показаниями вестибулярного аппарата, Ньютон совершил переход от искаженного восприятия к вещи вне искаженного восприятия, и вещь есть квадратичная зависимость силы земного притяжения. Ньютон проводил принципиальную грань между воображаемой силой земного притяжения и ощущаемой силой земного притяжения, и у Ньютона идеалист Кант научился проводить принципиальную грань. Воображаемому Ньютон верил больше, чем ощущаемому. Воображаемый мир более достоверен, чем ощущаемый мир. Мир — это воображаемое представление.
Переход от ощущаемого к воображаемому одним из своих условий требует признания искаженности ощущений. Александр Иванович Герцен в своем философском сочинении «Письма об изучении природы» использовал своеобразную терминологию, показывающую, как идеалисты признают искаженность: «идеализм стремился вещественное бытие принять за ложь», «погубить действительность явлений в пользу сущности». Людвиг Фейербах применял легкопонятную терминологию: «Чувство дает только видимость, а мышление — истину». Фейербах проводил принципиальную грань между лживыми ощущениями и истиной, которая постигается через мышление, по мнению Фейербаха.
В.И.Ленин вписал в свою книгу фразу, которую можно расценить как влияние на него учения Фейербаха по поводу вопроса о том, что чувство дает только видимость. «…профессор не может не обругать материалистов метафизиками. Для профессоров идеалистов, юмистов и кантианцев, всякий материализм есть «метафизика», ибо он за феноменом (явлением, вещью для нас) видит реальное вне нас»(с.106). Ленин назвал реальным находящееся за явлением, но не назвал реальным само явление. Это — косвенное, изложенное на эзоповом языке, сообщение о том, что явление не совсем реально.
Газ сероводород обнаруживается при помощи обоняния, когда концентрация достигает 0,005 микрограмм на литр. При длительном воздействии сероводорода происходит привыкание к запаху, и органы чувств не сообщают о наличии сероводорода даже при тысячекратном увеличении концентрации. При длительном вдыхании сероводорода низкой концентрации, отсутствие показаний органов чувств необходимо принимать за ложь. Нужно не признавать действительность явления, представляющего собой показания органов чувств, сообщающих об отсутствии сероводорода. Непризнание действительности явления поспособствует выявлению сущности — наличия сероводорода во вдыхаемом воздухе.
Джордано Бруно пытался сделать то, что словами Герцена может быть выражено как «погубить действительность наблюдаемых явлений в пользу ненаблюдаемой сущности», «стремился наблюдаемое бытие в виде вращения Солнца вокруг Земли принять за ложь». Джордано Бруно проводил принципиальную грань между видимым и существующим, и за это он подвергся сожжению на костре. Сжигающие отрицали принципиальную грань между восприятием и действительностью. Сжигающие были материалистами, Джордано Бруно — идеалистом.
Считается, что телепатии нет. Это означает, что у человека отсутствует орган чувств, при помощи которого можно воспринимать мысли, витающие в голове другого человека. Из невозможности при помощи органа чувств воспринять мысли другого человека вытекает, что представление о наличии мыслей в голове другого человека нереалистично (подобно тому, как нереалистичны магнитные линии Земли, не воздействующие на человека по причине отсутствия у человека магнитного органа чувств, или нереалистичен центр масс плутон-хароновской системы, или нереалистична формула Ньютона относительно квадратичной зависимости силы земного притяжения, по причине не соответствия формулы ощущениям, поступающим от вестибулярного аппарата). Показания органов чувств не позволяют утверждать, что вне человека находятся мысли других людей. Однако, если перейти с позиций номинализма на позиции анти-номинализма, то можно утверждать, что вне человека находятся мысли других людей, вне человека находятся магнитные линии, вне человека находится квадратичная пропорциональность силы земного притяжения. Метафизики не имеют в своем распоряжении убедительных доказательств реалистичности (логическое обоснование не считается убедительным доказательством, что известно, к примеру, из деятельности Фомы Аквинского), и бездоказательно утверждают о реалистичности представлений о наличии в головах других людей мыслей, материалистичности центра масс плутон-хароновской системы, реалистичности гравитационной формулы Ньютона, реалистичности магнитных линий, на которые реагирует стрелка компаса. Метафизики доказывают так же, как доказывал Фома Аквинский.
 
kkamlivДата: Вторник, 27.09.2016, 15:16 | Сообщение # 8
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
С позиции номинализма, представление, имеющее лишь логическое обоснование, менее убедительно (из-за недоказанности), чем представление, обоснованное показаниями органов чувств. «Менее убедительно», «не доказано» — это значит, что будет неудачной попытка убедить людей в ошибочности того, что написано в Библии, если убеждать с применением представлений, имеющих логическое обоснование и не имеющих обоснование показаниями органов чувств. Такая ситуация неприемлемо для Ленина. Неприемлемость выражена Лениным словами: «…идеалистическая философия не менее решительно ухватилась за шатания махистской физики. Мы уже видели, как неокритицисты встретили «Механику» Маха, сразу отметив идеалистический характер основ философии Маха. Французский махист Пуанкаре (Анри) в этом отношении имел еще больше удачи. Реакционнейшая идеалистическая философия с определенно фидеистическими выводами сразу ухватилась за его теорию. Представитель этой философии Леруа (Le Roy) рассуждал так: истины науки суть условные знаки, символы; вы бросили нелепые, «метафизические» претензии на познание объективной реальности; будьте же логичны и согласитесь с нами, что наука имеет только практическое значение для одной области человеческих действий, а религия имеет не менее действительное значение, чем наука, для другой области действий; отрицать теологию «символическая», махистская наука не имеет права»(«Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, т.18, с.308). Эта цитата означает — подтверждение правильности представления только с помощью логики есть всего лишь неполноценное подтверждение; представление, имеющее такое ненадежное подтверждение и лишенное обоснования со стороны органов чувств, есть нереалистическое символическое представление, и такое представление не в силах убедительно опровергнуть религиозное учение. Номинализм создает препятствия для Ленина в проведении атеистической пропаганды, и поэтому номинализм неприемлем.
Отрицать теологию «символическая» наука не имеет права. А.А.Богданов назвал символом энергетическую теорию, разработанную Вильгельмом Оствальдом, и указал на ложные элементы в теории. Богданов своими сомнениями и использованием слова «символ» принизил ценность теории, и после этого стало невозможным использовать эту теорию в борьбе против религии. Ленин поставил перед собой цель — скомпрометировать Богданова посредством приравнивания его к солипсисту Беркли, после этого теория Оствальда утратит свойство символичности (ложности), приписанному ей усилиями Богданова, очищенная от символизма теория станет реалистичной и будет использована в борьбе против религии.
«Факты остаются, даже если имеющиеся о них представления оказываются ложными. Если мы и отбросили старую контактную теорию, то все еще существуют те установленные исследователями факты, объяснению которых она должна была служить»(Фридрих Эн¬гельс, «Диалектика природы», Соч., т. 20, с. 476).
Согласно мировоззрения Ленина, отбрасывание старой контактной теории приводит к мысли о том, что эта теория была символической теорией; однако понимание отброшенной теории как символической теории приносит вред, поскольку контактная теория, названная символической, не имеет права отрицать теологию; чтобы вернуть теории право отрицать теологию, необходимо добиться того, чтобы старая контактная теория не считалась символической (т.е. ложной).
Энгельс выразился в том смысле, что имеются факты внешнего мира, и с их использованием создаются теории, например, контактная теория или теплородная теория, и теории предназначены для объяснения фактов; некоторые теории отбрасываются, и это означает, что к отброшенным теориям применимы слова Френсиса Бэкона «Ум человека уподобляется неровному зеркалу, которое, примешивая к природе вещей свою природу, отражает вещи в искривлённом и обезображенном виде».
Отношение Ленина к этому вопросу совершенно иное — обезображенность, о которой толковал Бэкон, способствует номиналистам в доказывании нереалистичности теоретических представлений, а также способствует тому, что Богданов или какой-нибудь иной эмпириокритик станет называть теорию символической и от этого теория утратит право отрицать теологию. Чтобы вернуть указанное право теории, нужно признать ошибочность высказывания Френсиса Бэкона.

Номиналисты считают, что ошибки, совершаемые в ходе логического обоснования, должны исправляться при помощи показаний органов чувств. Анти-номиналисты считают, что ошибки, совершаемые ощущениями, должны исправляться посредством логического обоснования.

В.И.Ленин: «…взгляд тех профессоров философии, которым Базаров привык верить на слово и которых Дицген справедливо называл дипломированными лакеями поповщины или фидеизма. В самом деле, фидеизм утверждает положительно, что существует нечто «вне чувственного мира». Материалисты, солидарные с естествознанием, решительно отвергают это»(«Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, т.18, с.117).
Что отвергают материалисты? Отвергают существование того, что не воздействует на органы чувств, что не обладает свойством быть чувственно-воспринимаемым. Материалисты отвергают именно то, что отвергал Беркли. Ленин понарошку боролся против мировоззрения Беркли, и в конце концов Ленин согласился с берклианским мировоззрением.
Ленин прямо объявил правильным мнение о том, что существует только чувственно-воспринимаемое. Но именно это доказывал Беркли, высказываясь «существовать — значит оказывать воздействие на органы чувств и быть воспринимаемым органами чувств».

Что мыслящее существо является существом, сомнений не вызывает (поскольку это познано органами чувств). Но мыслящая сущность под вопросом — трепанация черепа не приводит к выявлению внутри мозга мысли.
Карл Пирсон считал, что невозможность при помощи органов чувств воспринять мысль другого человека, есть временное положение дел. Пирсон писал, что в отдаленном будущем можно хирургическим путем имплантировать нерв в два мозга, и тогда нерв станет своеобразным органом чувств, соединяющим два мозга. Один мозг сможет посредством нового органа чувств, представляющий собой нерв, идущий к другому мозгу, воспринимать мысли, находящиеся в другом мозге. Логическое обоснование (по своей сути — неубедительное) пребывания мыслей в чужом мозгу будет дополнено убедительным почти-чувственным восприятием чужих мыслей. После проведения такой хирургической операции, никто не сможет обвинять номиналистов в отрицании существовании мыслей в головах других людей (на том основании, что нет возможности чувственно или телепатически воспринимать мысли, находящиеся в головах других людей). Хирурги смогут решить философскую проблему, связанную с солипсизмом.

Над новорожденными котятами, со дня обретения ими способности видеть, проводили эксперименты: котят усаживали в тележки, и возили в тележках среди разнообразных предметов. Котята видели предметы, и могли обозревать пространство, насыщенное предметами. Но котята не могли ходить между предметами и трогать предметы лапами. На протяжении одного часа в сутки котята бегали по беговой дорожке, и таким образом тренировали свои мышцы и способность к передвижению; тренировки на беговой дорожке, а также кормление проводились в полной темноте, чтобы в этот период времени котята не могли пользоваться зрением. Через два месяца, на завершающей стадии экспериментов, котят прекращали сажать в тележки, и выпускали в помещение с разнообразными предметами. Котята ходили по помещению и постоянно натыкались на предметы; поведение котят было идентично поведению слепых кошек. Исследования показали, что зрительные органы чувств функционировали нормально, однако мозг оказался неспособным почерпнуть из показаний органов зрения информацию о том, в каком месте пространства находятся предметы. Котята не осознавали, что вокруг существует пространство, и они были солипсистами. Котята не признавали существование того, что воздействовало на орган зрения.
Два предмета находятся на определенном расстоянии друг от друга. Чтобы котенок смог понять величину расстояния между двумя предметами, котенок должен осознавать, что такое расстояние и какие бывают расстояния. До того, как осуществить глазомерное установления расстояния, необходимо приобрести навыки глазомера. Котята-солипсисты не владели глазомером, и они не могли пройти между двумя предметами, и натыкались на предметы. Перемещение котят среди предметов в незначительной степени зависит от объективных предметов, и в значительной степени зависит от субъективных глазомерных способностей, появляющихся в результате обучения. Перемещение котенка зависит от того, как котенок представляет в своей голове окружающий мир. Описанные эксперименты показали, что у котят имелось искаженное представление о расстояниях между окружающими предметами.

Из самогонного аппарата можно получить спиртосодержащую жидкость, и измерить ее плотность. Для измерения плотности можно изготовить самодельный измеритель, используя в качестве образцов для градуировки воду и керосин; при погружении измерителя в воду нужно на измерителе поставить метку «1,00», при погружении в керосин поставить метку «0,80». При некоторых условиях, сложившихся внутри самогонного аппарата, получившийся самогон может иметь плотность 0,89 и сгорать с образованием яркого высокого пламени; после окончания горения окажется, что сгорело примерно 66% исходного самогона. Если налить порцию самогона в стеклянную бутылку и поместить на сильный мороз, то самогон с указанными характеристиками превратиться в лед и разорвет стеклянную бутылку при температуре 48 градусов мороза. Можно в самогон добавить немного воды, чтобы довести плотность до значения 0,90, и при сгорании выгорит примерно 56% смеси; такой самогон превратиться в лед и разорвет стеклянную бутылку при температуре мороза 42 градуса. Можно еще добавить воды, чтобы плотность смеси составляла 0,91, и при сгорании исчезнет примерно 52% смеси, и она разорвет стеклянную бутылку при замораживании до температуры 38 градусов мороза. Еще добавляя воду, можно довести плотность до 0,92, и при сгорании такой смеси выгорит приблизительно 47% смеси, и образование льда произойдет при температуре 35 градусов мороза. Дальнейшее добавление воды повысит плотность до 0,93, и сгорание такой смеси удалит примерно 43%; стеклянную бутылку разорвет при морозе в 33 градуса. Получив плотность 0,94, обнаружим, что пламя будет тусклым и прерывистым, и в пламя уйдет примерно 36% смеси; замерзание произойдет при температуре 27 градусов. При плотности 0,95 поджигание смеси не приведет к возгоранию, и смесь разорвет бутылку при морозе в 20 градусов. Смесь плотностью 0,96 кристаллизуется при морозе 15 градусов. Плотность 0,97 приведет в разрыву стеклянной бутылки при температуре 12 градусов мороза. При плотности смеси 0,98 превращение в лед произойдет при температуре 5 градусов мороза. Можно нарисовать график, показывающий понижение температуры кристаллизации, в зависимости от повышения количества сгораемой части смести и понижения плотности; график можно продолжить в область цифровых значений, не наблюдаемых на практике в естественных природных условиях (т.е. выходящих за пределы опытных данных, перечисленных выше), и линия на графике покажет, что этиловый спирт, полностью освобожденный от воды, кристаллизуется при температуре приблизительно 80-100 градусов мороза. В естественных условиях спирт проявляет ту или иную температуру кристаллизации, относительно процентного содержания воды; температура кристаллизации различна и имеет преходящий, в некотором роде неистинный характер, т.е. не свидетельствует о температуре кристаллизации безводного спирта (не показывает свойства чистого безводного спирта). Свойства целого количественно изменяются, не претерпевая качественных изменений, в зависимости от процентного соотношения частей. Поначалу неизвестно такое свойство безводного этилового спирта, как температура кристаллизации; но известна температура кристаллизации спирта, вступившего во взаимодействие с водой. Изучая некоторые свойства смеси воды и спирта (вступивших во взаимодействие друг с другом), можно создать умозрительное абстрактное представление, выходящее за пределы опыта (выходящее за пределы физических условий наблюдения и экспериментирования, входящее в ненаблюдаемые недоступные за-физические условия), о свойствах спирта, не вступающего во взаимодействие с водой (гипотетическое превращение в лед безводного спирта при температуре 80-100 градусов мороза). Как говорят философы, свойства определенной вещи познаются при взаимодействии этой вещи с другой вещью, и в некоторых случаях можно получить знание о свойствах в условиях отсутствия взаимодействия; но такое знание является метафизическим и выходящим за пределы опыта.
В ходе взаимодействия вещей проявляются свойства, и обнаруженные свойства позволяют одну вещь отнести к причине, а другую вещь отнести к следствию. Если удалось изолировать причину от следствия, и изучить причину в условиях отсутствия следствия, то будет получено достоверное знание о причине. Если не удалось фактически изолировать причину от следствия, то остается только мысленно изолировать причину; такая причина есть недостоверное метафизическое представление.
В воздействии вещи на органы чувств проявляются свойства вещи. Чтобы свойства проявились, необходимы органы чувств. Однако воздействие вещи на органы чувств не является свойством вещи. Поэтому вещь и ее свойства не зависят от того, каков результат воздействия вещи на органы чувств.
 
kkamlivДата: Вторник, 27.09.2016, 15:17 | Сообщение # 9
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
Глава 5. Борьба против метафизики, против переоценки логического, против эмпирически не обоснованного

Константин Буажире: «В первом случае мы видим предмет, мы воспринимаем его своими чувствами. Мы судим и говорим о нем на основе ощущений. Во втором случае речь идет о предметах, находящихся вне досягаемости наших чувств, и мы говорим о них лишь на основе догадок и предположений. Надо доказать, что картины, которые рисует нам наш разум, вполне сходны с их моделями, что он отображает объекты точно такими, какими они существуют в действительности; такой результат может быть получен лишь в тех случаях, когда об этих объектах нам могут дать свидетельства наши чувства, когда эти объекты доступны рассмотрению с помощью чувств. О вещах, которые не могут быть подвергнуты такому испытанию, невозможно составить суждение, потому что в отношении их не существует никаких правил проверки, никаких опорных пунктов для сравнения, никаких способов их достоверного познания. Необходимо придти к соглашению — не выносить никаких суждений о подобных вещах. Короче говоря, необходимо провести границу между вещами, которые доступны проверке, и вещами, которые проверке не поддаются, надо отделить нерушимой преградой…мир фантазий от мира реального»(Константин Буажире, 1791 год, из книги «Руины», глава 24).
Буажире вполне определенно заявил, что реальный мир воздействует на органы чувств, и этим реальный мир отличается от мира фантазий, который обладает противоположным свойством, а именно, он не поддается проверке органами чувств; ученые должны отказаться от рассуждений о том, что не воздействует на органы чувств.
Люди «избавились бы от множества споров, если бы их ум занимался лишь доступным познанию существами, бытие которых установлено и подлинные свойства которых можно открыть с помощью надежных повторных опытов. О физических теориях спорят лишь тогда, когда их исходные принципы недостаточно твердо установлены», «Думать о предметах, которые не воздействовали ни на одно из наших чувств, — значит мечтать о словах, грезить о звуках и искать в своем воображении предметы, с которыми можно было бы соединить их. Приписывать же качества этим воображаемым предметам — значит предаваться еще большему сумасбродству»(Пауль Гольбах, «Система природы», 1770 год, десятая глава первой части).
«Человек есть материальное существо; он может иметь представление лишь о том, что подобно ему материально, т.е. способно действовать на его органы»(Пауль Гольбах, «Система природы», вторая глава второй части).
«Будем придерживаться природы, которую мы видим и чувствуем, которая действует на нас, общие законы которой мы знаем, хотя нам и не известны ее частности и тайные принципы, применяемые ею в более сложных произведениях. Станем наблюдать природу, никогда не покидая ею поставленных границ для нас: всякое нарушение этого правила неумолимо грозит бесчисленными заблуждениями»(Пауль Гольбах, «Система природы», шестая глава второй части).
«…откинуть все то, чего не могут воспринять органы чувств…»(Пауль Гольбах, «Система природы», тринадцатая глава второй части).
«Когда мы захотим дать себе отчет об явлениях природы, откажемся от искания таких причин, которые слишком тонки для того, чтобы действовать на наши внешние чувства»(Пауль Гольбах, «Здравый смысл, извлеченный из природы»).
Как и Буажире, Гольбах убежден, что телесные, воспринимаемые чувствами причины являются единственно реальными, и только телесное должно вовлекаться в научное исследование; перед не воспринимаемым органами чувств нужно опустить шлагбаум и не подвергать научному исследованию, потому что не вызывающее ощущения не является материальным. Гольбах применил термин «метафизики» к тем исследователям, которые пытаются изучать не воздействующее на органы чувств, то есть нематериальное.
Наука должна чураться мнимого. Наука должна быть достоверной, должна изучать то, что достоверно существует, а достоверное существование устанавливается воздействием существующее на органы чувств. Наука должна содержать в себе только твердо установленные факты, подтвержденные показаниями органов чувств; в науку допускается логически обоснованное, но только такое логически обоснованное, которое теснейшим образом связано с фактами. Наука утрачивает свою достоверность, когда в научное исследование вовлекается не существующее, мнимое, и поэтому наука должна отказаться от изучения того, что не обнаруживается органами чувств. Реальное и мнимое различаются по своему воздействию на органы чувств. Наука будет ввергнута в заблуждения, если попытается исследовать то, что не вызывает ощущения в органах чувств. Наука не должна содержать в себе того, что может быть квалифицировано как сомнительное, не существующее, нереалистичное (из-за недоступности органам чувств). Показания органов чувств имеют руководящую, направляющую роль при осмыслении природных явлений, и когда происходит размышление над тем, что не вызывает ощущений, то отсутствует направляющий фактор, и результат размышлений оказывается произвольным. Единственный источник достоверного знания – ощущаемое, а неощущаемое не является источником знаний и не может дать достоверного знания.
(В двадцатой главе «Физиологический идеализм» обсуждается мировоззрение Беркли, с которого скопировали свое мировоззрение Буажире и Гольбах.)
Джироламо Фракасторо изучал болезни, и среди симптомов многих болезней он обнаружил общее, и на основании общего Фракасторо разработал представление о причине заболеваний — болезни являются результатом размножения внутри людей мельчайших живых существ, которые способны перемещаться от больного человека к здоровому человеку. Фракасторо смог только подвести логическую базу под общее представление, но не смог представить действительного подтверждения — никто не видел перепрыгивающих от человека к человеку мельчайших животных, их размножение никто не замечал (поскольку в середине шестнадцатого века не было микроскопов, через которые можно увидеть прыжки и размножение мельчайших животных, вызывающих болезни). Фракасторо рассуждал о невидимом, и тем самым вступил в противоречие с теорией познания, разработанной Буажире и Гольбахом, считающими недопустимым вынесения суждений о том, что непроверяемо органами чувств. Буажире и Гольбах приравнивали к сумасбродству размышление о вещах, которые не вызывают зрительных ощущений. Джироламо Фракасторо прибегнул к недостоверным вымыслам, втащил в науку вымыслы, и этим лишил науку статуса достоверности. Деятельность Фракасторо не соответствовала требованиям, предъявляемых Буажире и Гольбахом к научной деятельности.
В Библии написано, что нужно задумываться над неощущаемым. Буажире и Гольбах были атеистами, и они считали своим долгом не соглашаться с тем, что написано в Библии. Борьба против размышлений относительно неощущаемого приравнивалась к борьбе против религии. Джироламо Фракасторо размышлял над неощущаемым, и в этом проявилась податливость тому, что написано в Библии.

Согласно мировоззрению Буажире и Гольбаха, неощущаемое, существование которого обосновывал Фраскасторо при помощи логических аргументов на основании мысленного обобщения, не имело материального характера, и о нем нужно говорить «находится только в голове Фракасторо». Джироламо Фракасторо рассказывал, что предмет его логических рассуждений способен творить материальные эффекты (т.е. вызывать симптомы болезней — повышение температуры, лихорадку, затемнение сознания, рвоту, понос, изменение кожного покрова и т.д.). Получается, что не имеющее материального характера способно порождать материальные эффекты. Разве это не идеализм, ставящий на второе место материальное, а на первое место нематериальное? Разве Фракасторо не был идеалистом?
Уильям Гильберт своими органами чувств не воспринимал магнитные линии, и тем не менее при помощи мышления создал представление о магнитных линиях, и размышлял о магнитных линиях. Магнитные линии — это продукт метафизического мышления, не связанный с воздействием на органы чувств магнитных линий. Константин Буажире и Пауль Гольбах приравнивали к сумасбродству размышление о вещах, которые не вызывают ощущений. Следовательно, Уильям Гильберт занимался сумасбродством. Гильберт заявил даже о том, что не материальное (т.е. не воздействующее на органы чувств) способно воздействовать на материальный объект, представляющий стрелку компаса. Когда нематериальное, измышленное при помощи метафизического мышления, не обладающее доказательством наличия свойства «находится вне мышления», признается вызывающим физические эффекты (движение стрелки компаса), то это, несомненно, является идеализмом.
 
kkamlivДата: Вторник, 27.09.2016, 15:17 | Сообщение # 10
Знакомый
Группа: Пользователь
Сообщений: 102
Статус: Offline
Константин Буажире писал о необходимости доказывания, что картины, которые рисует нам наш разум, вполне сходны с их моделями, что разум отображает объекты точно такими, какими они существуют в действительности. Иммануил Кант писал противоположное, и проводил принципиальную грань между действительными вещами, и восприятием, пониманием вещей. Владимир Ильич Ленин объяснял, чем вызвано различие во взглядах: Буажире был представителем прогрессивных слоев и он двигал науку вперед, а Кант был представителем реакционных кругов, заинтересованных в отсутствии ясного понимания природы, заинтересованных в возвращении к религиозному пониманию происходящего в мире.
В.И.Ленин: «Альбрехт Pay, перенявший вместе с достоинствами Фейербаха недостатки его, превзойденные Марксом и Энгельсом, критиковал Канта всецело в духе своего учителя: «Философия Канта есть амфиболия (двусмысленность), она — и материализм, и идеализм, и в этой ее двойственной натуре заключается ключ к ее сущности. В качестве материалиста или эмпириста Кант не может уклониться от того, чтобы признать бытие за вещами вне нас. Но в качестве идеалиста, он не мог избавиться от предрассудка, что душа есть нечто совершенно отличное от чувственных вещей. Существуют действительные вещи и человеческий дух, который постигает эти вещи. Каким же образом этот дух приближается к совершенно отличным от него вещам? Увертка у Канта следующая: дух имеет известные познания a priori, благодаря которым вещи должны являться ему так, как они ему являются. Следовательно, то обстоятельство, что мы понимаем вещи так, как мы их понимаем, есть наше творение. Ибо дух, живущий в нас, есть не что иное, как дух божий, и подобно тому, как бог создал мир из ничего, так и дух человека создает из вещей нечто такое, чем эти вещи сами по себе не состоят»(«Материализм и эмпириокритицизм», ПСС, т.18, с.210).
В Библии написано, что Бог создал материальный мир из того, что не является материальным, — из пустоты. Иммануил Кант и Николай Кузанский уподобили человека Богу, и наделили человека способностью создавать из вещей нечто такое, чем эти вещи не являются. Человеческий дух постигает вещи тем способом, что создает из вещей нечто такое, чем эти вещи не являются. Кант создал теорию познания, и Кузанский создал теорию познания, которые не могут обойтись без Бога и уподобления человека Богу. «Как Бог есть Творец действительно сущего и естественных форм, так человек есть создатель мыслимо сущего и искусственных форм»(Николай Кузанский).
Галилео Галилей утверждал, что скорость вращения Земли вокруг своей оси, и скорость движения Земли по орбите вокруг Солнца, в ночное время складываются, а в дневное время вычитаются друг из друга, это сложение и вычитание скоростей сказывается на морских водах, и происходят отливы и приливы. Действительная вещь состоит в том, что Луна притягивается к себе морские воды, и приливная волна двигается вслед за движущейся Луной и на несколько часов покрывает сушу. То обстоятельство, что Галилей понимал приливы и отливы как результат складывания и вычитания скоростей (орбитальной и вокруг-осийной), есть творение мышления Галилея. Дух Галилея создал из гравитационного влечения воды к Луне нечто такое, чем гравитационное влечение не является. Кантовская увертка, включающая в себя проведение принципиальной грани между гравитацией и сложением скоростей, соответствует истории познания приливов и отливов.
Галилей понимал приливы и отливы как возникающих от сложения или вычитания скоростей, и такое понимание было творением Галилея. Такое понимание не может рассматриваться как творение природы, такое понимание не могло быть навязано Галилею природой, потому что в природе приливы и отливы возникают от гравитационного притяжения Луны. Что Галилей считал фактом внешнего мира, то на самом деле было продуктом человеческого ума (в соответствии с высказыванием Пирсона, приведенном в предыдущей главе). Воззрение Галилея было противоречивым, т.к. не могло объяснить, почему дневные приливы примерно в два раза слабее, чем ночные приливы.
Иммануил Кант выступил против Константина Буажире и доказал бессмысленность попыток представить дело так, как будто разум отображает объекты точно такими, какими они существуют в действительности. Разум Галилея значительно исказил действительно существующий объект.
Фрэнсис Бэкон разделил источники ошибок, пускающие под откос познание (отображение разумом объектов точно такими, какими они существуют в действительности), на четыре группы, которые он назвал «призраками». Это «призраки рода», «призраки пещеры», «призраки площади» и «призраки театра».
«Призраки рода» проистекают из самой человеческой природы, они не зависят ни от культуры, ни от индивидуальности человека. «Ум человека уподобляется неровному зеркалу, которое, примешивая к природе вещей свою природу, отражает вещи в искривлённом и обезображенном виде».
«Призраки пещеры» — это индивидуальные ошибки восприятия, как врожденные, так и приобретённые. «Ведь у каждого помимо ошибок, свойственных роду человеческому, есть своя особая пещера, которая ослабляет и искажает свет природы».
«Призраки рыночной площади» — следствие общественной природы человека, общения и использования в общении языка. «Люди объединяются речью. Слова же устанавливаются сообразно разумению толпы. Поэтому плохое и нелепое установление слов удивительным образом принижает разум».
«Призраки театра» — это усваиваемые человеком от других людей ложные представления об устройстве действительности. «При этом мы разумеем здесь не только общие философские учения, но и многочисленные начала и аксиомы наук, которые получили силу вследствие предания, веры и беззаботности».
Согласно мировоззрению Бэкона, вещи являются источником человеческих восприятий и представлений, но вещи не являются единственным источником. Вторым источником представлений являются «призраки», и второй источник вносит искажения в исходящее из первого источника.
Априорные предпосылки, о которых говорил Имманиул Кант, «призраки», о которых повествовал Френсис Бэкон, рассказ Николая Кузанского о субъективной мерке, используемой человеком при создании картины мира, в результате чего картина мира оказывается противоречащей действительному миру, предназначены для объяснения заблуждений, возникающих при познании природных явлений. Александр Иванович Герцен не скрывал от читателей своего философского сочинения «Письма об изучении природы» впадение исследователей природы в заблуждения: «Разверните историю всех наук — они непременно начинаются… уродливыми, искаженными фактами».
Герцен констатировал искаженность фактов (и вступил в противоречие с Буажире, повествовавшего о том, что разум отображает объекты точно такими, какими они существуют в действительности); Кузанский, Бэкон, Кант дали объяснение искаженности.
Онтология рассказывает о происходящих событиях, о том, каковы предметы, имеющиеся в окружающем мире и которые существуют независимо от людей. Что такое гносеология? Человек должен ясно осознавать, каким образом ему стало известно о происходящих в природе событиях. Гносеология рассказывает о том, как люди изобретают способы (зависимые от людей, от «призраков» Бэкона, от априорных предпосылок Канта), предназначенные для исследования вещей, имеющихся в окружающем мире и которые существуют независимо от людей.
Номиналисты выдвигали аргументацию, направленную на опровержение анти-номинализма. Анти-номиналисты действовали аналогичным образом против номиналистов. Поведение В.И.Ленина в такой ситуации интересно тем, что он использовал оба вида аргументации. Когда анти-номиналисты обвиняли номиналистов в недооценке широкораспространенного знания (например, в пропаганде сомнительного отношения к существованию магнитных линий, на которые реагирует стрелка компаса), то Ленин поддерживал такую аргументацию и заявлял, во-первых, о пренебрежительном отношении к стихийному народному материализму (и даже о противодействии материализму), и во-вторых, о недопустимом уменьшении количества материальных вещей. Когда номиналисты обвиняли анти-номиналистов в создании логически обоснованных абстракций о существовании материальных объектов, в условиях противоречия абстракций показаниям органов чувств, в силу чего абстракции становились искаженными, не соответствующими показаниями органов чувств (например, абстракции о реальном существовании четвертого пространственного измерения, или абстракций, создаваемых Фомой Аквинским), то Ленин соглашался с номиналистами и отрицал искаженное, считаемое существующим (например, отрицал материальное существование четвертого пространственного измерения). Ленин прилагал усилия к уменьшению количества материальных вещей, считаемых находящихся в окружающем мире.
В.И.Ленин считал своим долгом защищать материю от попыток представить дело так, как будто бы материя исчезает, однако в случае с четвертым пространственным измерением Ленин допускал исключение из списка материальных объектов.
По вопросу о четвертом пространственном измерении, Ленин согласился с мировоззрением Беркли — материальное существование четвертого пространственного измерения не получило доказательства со стороны органов чувств и научных приборов, и поэтому его не существует. Четвертое пространственное измерение не обладает свойствами, позволяющими сказать, что оно существует вне мышления.

По поводу того, что дух человека создает из вещей нечто такое, чем эти вещи сами по себе не состоят, Френсис Бэкон высказал свою точку зрения: «Ум человека уподобляется неровному зеркалу, которое, примешивая к природе вещей свою природу, отражает вещи в искривлённом и обезображенном виде».
В предыдущей главе приводилось высказывание В.И.Ленина о том, что отрицать теологию «символическая», махистская наука не имеет права. То же самое можно сказать о концепции Бэкона. Поскольку «призраки» вмешиваются в познание, то наука уподобляется неровному зеркалу, отражающее вещи в искривленном и обезображенном виде. Такая наука не в силах убедительно опровергнуть религиозное учение.
Ленин поставил перед собой цель — одержать победу над религией, с использованием науки. Поэтому В.И.Ленин в своих философских книгах промолчал о «призраках», описанных Френсисом Бэконом.
Бэкон задумывался над реалистичностью теорий, описывающих природные явления. Ленин задумывался над реалистичностью природных явлений. Теории часто бывают нереалистичными, по мнению Бэкона; но природное явление не может быть нереалистичным. Размышления Бэкона противоречили размышлениям Ленина, поскольку две оценки реалистичности противоречат друг другу (в одном случае — нереалистичность, в другом случае — реалистичность). Размышления Ленина должны одержать победу над размышлениями Бэкона, и этим будет обеспечена победа науки над религией.
 
Форум » Флудилка » Общаемся на разные темы » Философские рассуждения ((Теория познания - это просто, отделяя демагогию и клевету))
Страница 1 из 10123910»
Поиск:

Copyright MyCorp © 2016
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz